Не зря среди темных ходит поговорка: ведьма любит телом многих, а душой – никого, тем и сильна.
– Я говорю, что ты очарователен, – нагло, исключительно по-ведьмински начала я, глядя в глаза.
Этот красавчик привык купаться в женском внимании. Οттого и меняет своих симпатичных пассий быстрее, чем храмовые служители свечи перед ликами светлых богов. Откровенный комплимент из уст весьма несимпатичной адептки его не обрадовал. Хейм скривился, словно кокетничать с ним решил полуразложившийся зомби.
– К сожалению, не могу сказать о тебе того же, – похоже, Икстли решил поставить наглую адептку на место.
– Ну, тогда сделай как я. Соври, – посоветовала я брюнетистому гаду.
Не зря чернокнижники говорят: нет драконов плохих и хороших, есть неверно выбранная дистанция.
- Торг всегда уместен, пока клиент жив.
- Звучит прямо как девиз некромантского ордена.
- Почему девиз? - возмутилась я. - Это цитата из свода правил.
Волосы дыбом, лицо перепачкано, на скуле ссадина.
– Я не кикимора, а просто уставшая богиня, – выдала я своему отражению и тут же, как истинная ведьма, уверовала в то, что неотразима. Нужно только мою прелесть умыть, причесать и накормить.
– Ведьмы – народ не унывающий. Для нас любой исход событий в итоге получается оптимистичным.
– И что хорошего в том, что бы тебя съели? – заинтересованно вопросил пепельный гад.
– Ну, раз съели, то наверняка отравятся. И одним драконом в мире станет меньше. Α это тоже неплохо, – заверила я.
— Да, я понимаю, расставание – это всегда больно, особенно если оно – с вкусным ужином… Но, поверь мне, борщ не стоил тех душевных трепыханий, какие ты тут мне пытаешься изобразить. Он был… так себе, – я скривилась, а потом с видом великого одолжения добавила: – Впрочем, если у тебя есть еще что-то такое же отвратное по вкусу, я, так и быть, соблаговолю это употребить, чтобы избавить тебя от отравления.
Ведь нет ничего более правдивого, чем та иллюзия, в которую ты поверил.
Как говорится, в каждой гадости есть толика радости, а при должной смекалке – еще и сундук выгоды.
Моя старшая кузина Барлин всегда считала, что когда мужчина не способен любить женщину, он начинает любить что попало: родину, императора, защиту от темных сил, пирожки с мясом…