Может быть, глаза и открылись, но это как-то повлияло на работу мозга, пощадив только основные инстинкты.
У меня теперь один вопро-о-ос, - зеленые глаза сузились, а властелин подозрительно принюхался. – Вы завоевывали мир, чтобы заставить людей страдать, потому что добровольно страдать они почему-то не хотят?
Таблички «власть – дровосекам!», «никакого короля!», «власть - охотникам!», «никаких правителей!» намекали на то, что я нашла то место, где пролетарии всех стран объединились, но строительство светлого будущего пока отложили из-за банальной нехватки оптимистичных стройматериалов.
Да как ты можешь! Страна в опасности! - по столу стукнул кулак, а моя кружка с недопитым чаем подпрыгнула и зазвенела ложкой. - Работы нет! Темный властелин мира сделал так, чтобы рабочих мест не было!
Судя по объявлениям, которые висят возле подъезда, властелин мира уже подрабатывает уборщицей на полставки, грузчиком на складе, а потом, выжимая тряпку, бежит писать курсовые и рефераты, чтобы по вечерам приторговывать в сигаретном ларьке. Сутки через двое он сидит кассиром в гипермаркете, излучая флюиды зла и страшным голосом, преисполненным ненависти ко всему миру, вопрошает: “Карточка есть? Пакет нужен?”. И бейджик у него висит: “Зло Петрович Вселенское. Старший кассир супермаркета “Добряк”.
В каталоге под лозунгом «Аромат для сильных духом!» с брутальным мачо на картинке, демонстрирующего кокетливо расстегнутую ширинку и разведенные руки было написано, что это мимоза, ладан, мускус и спирт. Но по отзывам счастливых обладателей бесспорно красивого флакона «Для сильных нюхом» там был сандаль. Потный, старый сандаль, от благоухания которого в полете дохли мухи, комары и прочая мошкара, а тараканы, едва завидев этикетку, жалобно просились к соседям.
Иллюзия? Ха! Иллюзия это: «Отпишись и отдышись! Вам больше не будет приходить новостная рассылка с этого сайта!», «Похудей и офигей! Ложка в день позволит вам усохнуть до хребетика…», «Отрасти или прости! Увеличение корнишона от бедра до капюшона!». Или «я люблю тебя, и буду любить всегда!», а в самом низу мелкими буквами подпись: «Под словом «всегда» понимается промежуток времени, покуда меня не стошнит от твоей рожи, пока не найду красивей и пригожей, и ты не будешь мешать мне бухать с Сережей».
— О! — сказала Катя. — Со вчерашнего дня выставка, а мы и не знали! Можно сказать, золото скифов теперь у нас в доме!
— Не у нас в доме, а через стену! И не золото скифов, а всего одна только скифская чаша! — возразил Петя.
— Но зато из золота!
— Это да. Здоровенная чаша — и, говорят, красивая! — согласился Петя, и все Гавриловы задумались. Все-таки здорово, когда у тебя через стену, всего в каких-то нескольких шагах, стоит золотая чаша.
— Да ничего! Но как-то странно… Ты через всю страну едешь к морю, чтобы сфотографироваться возле электрического щитка! А они везде одинаковые.
— Ну и пускай. Есть люди, которые вообще возле всего фотографируются. Я с луной, я без луны, я с чашкой, я без чашки, — заметила Катя.
– Не будет суперклей держать! Люди бы провалились, если бы башня была из пенопласта! – продолжал донимать Костю правдолюбивый брат. – Ты умный в кавычках! А умный в кавычках – это знаешь какой?
Костя набычился и, закрыв глаза, медленно двинулся на брата. Папа подхватил его одной рукой, другой рукой отодвигая Сашу.
– Хватит! – сказал папа. – Он умный в двойных кавычках! А умный в двойных кавычках – это гениальный.
Саша застыл. Открытие, что двойные кавычки могут поменять смысл еще раз, его поразило.
Пока ты сам не зажег себя – любая работа бесполезна, можно только собирать материал. Солнце потому и греет, что само чудовищно горячее.