Все животные равны.
Но некоторые животные более равны,
чем другие.
Им никогда не жилось ни лучше, ни хуже — голод, непосильный труд и обманутые ожидания, таков, говорил он, нерушимый закон жизни.
— Кто управляет прошлым, управляет будущим; кто управляет настоящим, управляет прошлым.
Находиться в меньшинстве, хотя бы даже совсем одному, не означает безумия. Есть правда и есть неправда. Если ты держишься правды, пусть даже против всего мира, ты не безумен.
В философии, религии, этике или политике дважды два может равняться пяти, но, когда вы конструируете пушку или самолёт, дважды два должно быть четыре.
Значение имели личные отношения, и самые бессмысленные жесты — объятия, слёзы, слова, сказанные умирающему, — были самоценны.
Если ты любишь кого-то, то ты его просто любишь, и даже когда тебе больше нечего дать, ты даришь ему любовь.
«Уединение, — сказал он, — это очень ценная вещь. Каждому нужно место, где можно побыть одному. Когда у тебя есть такое место, обычная вежливость требует, чтобы каждый знающий о нём держал эти сведения при себе».
— В игре, в которую мы играем, нам не одержать победу. Просто какие-то поражения лучше других, вот и всё.
Важнее, что сексуальный голод порождает истерию, а это только на руку Партии, поскольку истерию можно направлять на военную горячку и поклонение вождю. Вот как она всё это выразила:
— Когда занимаешься любовью, затрачиваешь энергию; а после ты счастлив и тебе на всё плевать. Они такого вынести не могут. Им надо, чтобы тебя всё время распирало. Все эти парады вдоль улиц, громкие лозунги и флаги — это просто тухлый секс. Если ты счастлив внутри, зачем тебе возбуждаться на Большого Брата, планы Трёхдеток, Двухминутки Ненависти и прочую хренотень?