Мои цитаты из книг
– Мы, в Рейнснесе, не боимся говорить в глаза всё, что думаем. Хуже, если начинаются разговоры у нас за спиной. Тогда человек не имеет возможности постоять за себя, – сказала Дина.
Бурная, полная страстей и опасных приключений история непредсказуемой, яркой и своевольной красавицы Дины — как никакая другая книга достойна называться «Европейские Унесенные Ветром». Это — один из шедевров мировой литературы... Это — не стареющая, не утрачивающая своего очарования сага о судьбе одной семьи. О жизни, в которой есть место для страстей и сомнений, для борьбы и страданий, для ненависти и любви — любви, проходящей сквозь годы, любви горькой и радостной, любви, которая является...
– Искусство не имеет ничего общего с умением быстро перебирать пальцами клавиши, – сказала Анна с таким видом, будто с трудом сдерживает зевоту.
– Вот как? А что же тогда искусство? – полюбопытствовал я.
На мгновение она растерялась.
– Искусство – это то состояние души, для выражения которого человек должен использовать все свои чувства, – сказала она наконец.
– Вы хотите сказать, что только сильное переживание создаёт образы искусства? – спросил я.
– Нет, но без сильных чувств того, кто их испытывает, и того, кто их воспринимает, искусство невидимо и не представляет собой никакой ценности.
– Стало быть, произведения искусства, скрытые, например, в склепах, не представляют собой ценности потому, что их никто не видит?
– Нет, представляют, потому что люди мечтают увидеть их.
Бурная, полная страстей и опасных приключений история непредсказуемой, яркой и своевольной красавицы Дины — как никакая другая книга достойна называться «Европейские Унесенные Ветром». Это — один из шедевров мировой литературы... Это — не стареющая, не утрачивающая своего очарования сага о судьбе одной семьи. О жизни, в которой есть место для страстей и сомнений, для борьбы и страданий, для ненависти и любви — любви, проходящей сквозь годы, любви горькой и радостной, любви, которая является...
Может, у людей просто не бывает выбора? Они сдаются и мирятся с тем, что есть. Как я в доме кожевника. Или находят в себе силы вырваться из заколдованного круга. Независимо от цены, которую им приходится за это платить.
Легко спастись, если ты шут. Если ты вызываешь смех, но при этом внушаешь страх. Шутов все боятся. Шут может смеяться над собой, и никто не поймёт, что у него на уме и в чей огород он бросает камень. Но невозможно стать шутом по собственному желанию. Шутом надо родиться.
Бурная, полная страстей и опасных приключений история непредсказуемой, яркой и своевольной красавицы Дины — как никакая другая книга достойна называться «Европейские Унесенные Ветром». Это — один из шедевров мировой литературы... Это — не стареющая, не утрачивающая своего очарования сага о судьбе одной семьи. О жизни, в которой есть место для страстей и сомнений, для борьбы и страданий, для ненависти и любви — любви, проходящей сквозь годы, любви горькой и радостной, любви, которая является...
– Жертвы бессмысленны, – вдруг перебила меня Дина. – Люди не умеют жертвовать, не надеясь получить за это вознаграждение. Авраам надеялся получить расположение Господа. Он не хуже и не лучше других. Просто он хотел принести более серьёзную жертву, чтобы Господь обратил на него внимание.
Бурная, полная страстей и опасных приключений история непредсказуемой, яркой и своевольной красавицы Дины — как никакая другая книга достойна называться «Европейские Унесенные Ветром». Это — один из шедевров мировой литературы... Это — не стареющая, не утрачивающая своего очарования сага о судьбе одной семьи. О жизни, в которой есть место для страстей и сомнений, для борьбы и страданий, для ненависти и любви — любви, проходящей сквозь годы, любви горькой и радостной, любви, которая является...
Только дураки ничего не боятся, у них просто не хватает на это ума!
Бурная, полная страстей и опасных приключений история непредсказуемой, яркой и своевольной красавицы Дины — как никакая другая книга достойна называться «Европейские Унесенные Ветром». Это — один из шедевров мировой литературы... Это — не стареющая, не утрачивающая своего очарования сага о судьбе одной семьи. О жизни, в которой есть место для страстей и сомнений, для борьбы и страданий, для ненависти и любви — любви, проходящей сквозь годы, любви горькой и радостной, любви, которая является...
В критической ситуации умелое руководство ценнее личной отваги...
Верные враги Верес и Шелена снова вместе. Но жизнь не даёт им спокойно растить сына и преподавать в Школе пифий и травниц. Что ж, супостатам не поздоровится!
– А почему вы гномов не наняли? Они же впятеро быстрее работают.
Под ногами и лапами захрустела щебенка.
– Зато и берут впятеро больше. А Ковен, сама знаешь, переживает не лучшие времена. Вместо дотаций дал нам негласное указание зачислять в Школу побольше золотоносных дубов…
– Кого?!
– Адептов-платников. У которых магического дара, а то и просто мозгов гхыр наплакал, зато родители свято уверены, что за деньги можно купить все. Иной раз читаешь лекцию и прямо-таки слышишь эхо в пустых дуплах…
Верные враги Верес и Шелена снова вместе. Но жизнь не даёт им спокойно растить сына и преподавать в Школе пифий и травниц. Что ж, супостатам не поздоровится!
Ах ты, коварная тварь! - загремело с улицы. - Подлая нелюдь!
...Соседкин зад замер вопросительной руной, жадно прислушиваясь к назревающему скандалу.
Верные враги Верес и Шелена снова вместе. Но жизнь не даёт им спокойно растить сына и преподавать в Школе пифий и травниц. Что ж, супостатам не поздоровится!
– Ты же некромант, – ехидно заметила я. – Ты должен уметь поднимать все!
Верные враги Верес и Шелена снова вместе. Но жизнь не даёт им спокойно растить сына и преподавать в Школе пифий и травниц. Что ж, супостатам не поздоровится!
У корчмаря, на его беду, имелся художественный вкус, и ни один из местных стеномазов ему не угодил. Тогда Безник решил намалевать «лицо корчмы» сам. Результат получился ошеломляющий: на нежно-коричневом пригорке сидели три мужика, страдающих хроническим косоглазием вкупе с жестоким похмельем, между которыми вырастал из земли не то зеленый змий, не то развесистая конопля. Пройти мимо корчмы, не осенив себя крестным знамением, удавалось разве что некромантам, видавшим и не такое (хоть и нечасто). Впрочем, злорадное хихиканье конкурентов быстро сменилось черной завистью – народ валом повалил в корчму, интересуясь, что же здесь подают, если даже вывеску так развезло.
Верные враги Верес и Шелена снова вместе. Но жизнь не даёт им спокойно растить сына и преподавать в Школе пифий и травниц. Что ж, супостатам не поздоровится!