— Мужчины — существа нежные, психически неустойчивые. Они должны думать, что сами охотятся, иначе ничего не выйдет.
— Миров множество. Разные. Даже те, которые кажутся одинаковыми на первый взгляд, все одно разные. Люди их изменили, переделали под себя, но суть… суть часто остается нетронутой. А вот люди, они как раз везде одинаковы, как бы ни выглядели. Может, потому иные расы и не спешат устанавливать с нами более тесные отношения?
Труди, коль мужик в тарелке еле-еле ковыряется, то и в койке ковыряться станет, а уж чего там он наковыряет, то одним богам известно…
Мужчины — существа пугливые, один раз откажете, другой не рискнут предложить.
— И зря. Женщина должна есть. Когда женщина ест, она счастлива. А счастливая женщина радует окружающих!
— Народ счастливо ропщет под вашей стопой, — заявил Миршар, у которого вышло-таки справиться с чаем.
— Сам-то понял, что сказал?
— Правду. У нас ведь диктатура, — Миршар попытался прилечь, опираясь на локоть, но шипы пробили кошму, а следом и толстые перины.
— Для поддержания имиджа народ обязан роптать. А уж как он там ропщет — это уже детали.
И только сейчас я поняла, что женственность – это в первую очередь не про воздушные платья и шпильки, а про умение скрывать своего внутреннего ВДВшника.
Я специально не стала уточнять, сколько это самое «немного»: что для мужчины вечность в магазине, то для нас, дам, лишь начало шопинга.
Они, к слову, эти самые инквизиторы, наверняка ничуть не хуже ведьм на кострах горят. Так же ярко и задорно. Главное – привязать покрепче.
– Нет! – тоном «больной, не мешайте своему счастью исцеления, пока оно не превратилось в веселую поминальную вечеринку» отчеканила я.