Грезы о самостоятельной жизни вспыхнули перед глазами Раздолбая и тут же погасли. Он знал, что не бросит институт, но не потому, что стремился научиться чему-то. "Суриковка" давала пять лет понятной определенности, и, чтобы отказаться от уютной колеи ради манящей, но рискованной свободы, нужна была воля, которой у Раздолбая не было.
О том, что когда-то придется работать, он до этой минуты не думал и думать не собирался. Работа была из области далекой «взрослой» жизни, а ему хотелось хоть куда-нибудь поступить, чтобы еще на пять лет продлить беззаботную пору ученичества, когда чувствуешь себя при деле, но всерьез ничего не делаешь.
Самый быстрый способ завоевать чужую благосклонность - это комплименты.
После пары чашек кофе ко мне возвращается аппетит. Поэтому я решаю: ну ее, эту диету «5:2», лучше попробовать другую: «Ешь, пока дают; кто знает, что будет завтра».
До чего же мерзкое утро. Того, кто придумал утро, надо расстрелять…
Как-то не трогают меня эти азартные игры. Если проиграешь – приятного мало. Если выиграешь – рискуешь пропасть навеки.
Надо признать, я отлично лажу со своей памятью. Начисто, как по команде, забываю о долгах по кредитке и всяких глупых недоразумениях. Весьма полезный навык, между прочим.
Это, конечно, очень замечательно и интересно - быть взрослой женщиной, матерью и женой... Но иногда в субботу вечером хочется оторваться, выкрасить волосы цветными мелками и всю ночь смотреть "Грязные танцы".
Слова это только слова, даже если удачно подобраны.
Опыт, как говорили старшие, величайшая драгоценность, но бывают, оказывается, такие драгоценности, которых много не надо. Вот просто не надо, и всё.