Проект бани начертила Трикси, призвав на помощь весь свой дизайнерский талант и две бутылки пива.
Плотоядные авшуры признавали растительный гарнир только в качестве декора, а кофе считали забавной специей для сливок.
Понять, зачем дорогие гости пожаловали, с ходу не удалось. Не с ходу – тоже, несмотря на наводящие вопросы.
Кира глубоко вдохнула и шагнула навстречу гостям, ощущая себя серфингистом, бегущим к цунами с могильной плитой наперевес.
Называть авшуров злопамятными было опять-таки неверно – они всего лишь помнили и поступали соответственно.
— Что, голод все-таки не тетка? – едко крикнул напарник ему вслед.
— Нет, но дегустация поможет мне понять, какими таблетками тебя потом лечить!
Для каждого замкового киборга были прописаны «серые» зоны, заходить в которые запрещалось, всегда или только ночью. Неразумные киборги воспринимали их границы как неприступные стены, разумные – как расхлябанный частокол, поставленный дураками для дураков.
…Подумаешь, нашли они человеческий скелет! Он в каждом человеке есть, если его расковырять! И даже в киборге, но их ковырять сложнее.
— Так не ешь, – прочавкал Женька. Гуляш как гуляш, нажористый, а легкое послевкусие половой тряпки навевало ностальгические воспоминания об общаге.
— Как совершеннолетний гражданин Федерации я имею право на добровольный уход из жизни, – с видом мученика сообщил Джек.
— Ага, уйдешь ты, как же… Десять раз с полпути вернешься, чтобы посмотреть, хорошо ли по тебе страдают.