Проснулся без документов и денег, но зато с лёгким провалом в памяти. Вокруг – одна сплошная Азия и гигантский вопрос: какого лешего я тут забыл?
Но ничего, освоюсь. А пока поработаю нянькой для четырёх балбесин, возомнивших, что они драконята. И мама у них – та ещё горячая штучка. В детях я ничего не понимаю, я вообще следователь, но ведь скопить на обратный билет надо. Я обязательно найду способ вернуться домой… Вернусь же?
У нас трое детей, куча кружков, спортивные секции, домашний быт. Но «это не настоящая работа». Мужу-бизнесмену виднее. Я дошла до точки кипения, когда подружка позвала меня на отдых, а муж заявил: «А от чего ты устала? Ты же дома сидишь!» Пока-пока, милый! После таких слов ты, пожалуй, заслужил «отдых» дома. А я, все же, – в отпуск! *** – Милая, что это за чаты? Куда ты меня добавила? Целых семь штук! Там одни сумасшедшие! 199 сообщений только за сегодня! – орал Мишаня в трубку. Я...
Когда мне было десять лет, мой брат – князь Эрик Ридель – продал лес, принадлежавший нашему роду несколько столетий. Ему нужны были деньги. Спустя два года он продал наш парадный выезд – четверку отличных лошадей и золоченую карету. А когда мне исполнилось пятнадцать, Эрик продал Анке – нашу единственную молодую служанку, которая на протяжении двух лет была его возлюбленной. И всё-таки если продать лес, лошадей и карету он имел полное право, то продажа Анке была беззаконием. И я так и сказала...
Теперь все знают, что я Демидов, и это накладывает на меня новые обязательства. Впрочем, от трудностей я не бегу и решаю задачи постепенно, не только занимаясь любимым делом, но и работая на благо своей семьи и людей, которые доверили мне свои жизни.
Испытание испытанием, но когда мои действия невольно затрагивают интересы рода, приходится привыкать к изменившимся условиям. Теперь маски будут сброшены, но всё равно я не откажусь от своего пути. Ведь я Демидов, и мы известны своим упрямством. Ну а если кто против — это уже его проблемы.