Высокая самооценка? Похвально. Жаль, что из-за этого страдают другие.
В конце концов, все истины затёрты до дыр и просты до боли: ложь бывает во благо, хитрость способна спасти вам жизнь, и ничто из этого не делает человека по-настоящему дурным… Кроме его собственного выбора.
Мне нужны объяснения. Желательно подробные и обстоятельные… Потому что я уже устала копаться в догадках насчёт всего происходящего.
Голос разума настойчиво звучал в моей голове. Он был спокойным, логичным, тошнотворно рациональным… И мне не хотелось ему верить. Потому что я слишком хорошо разбираюсь во лжи.
Я шла рядом с драконом по обледеневшему тротуару, в пальто, пахнущем можжевельником, и думала о том, что все вещи в жизни наконец-то встали на свои места.
В голове коротко зазвенело. Я почувствовала на губах солоноватый вкус крови, горячая струйка побежала к подбородку. На мгновение я растерялась — за всю прошлую жизнь Клэйд никогда не поднимал на меня руку. Никогда. У него была другая фактура подлости: тонкая, выверенная, без следов на коже. Видимо, в этой жизни до тонкости он так и не дорос.
Меня разбирал беззвучный смех. Два долгих месяца томительного ожидания наконец увенчались успехом: противник своими же руками загнал себя в безнадежный тупик.
Это были крошечные, теплые, очень странные для меня моменты. Я никогда в прошлой жизни не позволяла себе таких разговоров с мужчиной, не приходившимся мне родственником. Клэйд считал болтовню о пустяках непродуктивной тратой времени. А с графом мы за один полдник могли обсудить и манеру северной ветви драконов селиться рядом с рудниками, и нерешенный узел в его навигационном артефакте, и предпочтительный сорт чая для зимнего вечера.
И я ловила себя на том, что после каждой такой беседы у меня в груди оставалось теплое, чуть смущенное, очень странное послевкусие.
Я молча смотрела ему вслед. И впервые за две прожитые жизни я видела этого человека таким, каким он был на самом деле. Осыпался фасад «нежного мужа», «гениального артефактора» и «заботливого мужчины». По аллее шел заурядный, посредственный парень с непомерными амбициями и слабой волей.
Это было мое творение. И никто, никогда больше не посмеет его отнять.