Лика

— Наша дочь хочет тебе кое-что сказать, — бывший муж Аркадий, как обычно, смотрит на меня с мягкой снисходительностью. Как на блаженную дурочку. — Я буду жить с папой! — громко и немного взволнованно заявляет наша дочка. — И с Ольгой! Мне так и к школе ближе, и Коля… Я по Коле скучаю… — Солнышко, Коленька тоже скучает по старшей сестре, — Ольга ласково улыбается, — каждый раз так громко плачет. Аж захлебывается. — Ира… — шепчу я и не могу даже моргнуть. — Наша дочь так решила, — Аркадий с...

— Помощь нужна? — Деньги и новые документы, — на одном вдохе выдала она. — Не вариант. Куда бы ты ни убежала, Шамхалов всё равно тебя найдёт и вернёт. Спрячься у него на виду, и он ничего не сможет сделать. Выйди замуж, Аслан не посмеет тебя тронуть. Ты будешь свободна. Ульяна нервно рассмеялась. Предложение показалось ей не просто бредовым, оно было издевательским. — Видишь двух кавказцев через дорожку? Ещё трое у нас за спиной. Плюс на парковке в машинах. Это единственные мужчины, с кем я...

Шесть лет счастливого брака рухнули в один вечер. Ноль сна, выгорание, семимесячная малышка на руках — это фон для самого страшного вопроса: «Дима, ты спишь с Викой?» Муж не ответил «нет». Он ответил грубостью, обвинив меня в ревности и испорченном рождением ребёнка характере: «Вика — твоя родная сестра, а ты выставляешь её в худшем свете, Лена». Но как игнорировать намёки в соцсетях? Что делать, когда племянник приносит из садика рисунок, где его мама целует моего мужа? Моё хрупкое сердце...

Я стою у стола, сжимая в руке полотенце. Мне кажется, если я сейчас его не сожму, то просто швырну вазу в эту парочку. Их слова — «надёжная», «стабильно», «организатор быта» — это маленькие острые кинжалы, которые они методично втыкают мне в сердце. Они за секунды обесценили годы моих усилий, мою любовь, всю нашу совместную жизнь. Я не его жена, я — удобный бытовой прибор. — А ты, Кристин, молодец! — продолжает свекровь. — На себя время находишь. Посмотри, какая фигурка! Ева, ты бы тоже собой...

— Отпусти меня. — Ты останешься со мной, — даже сейчас, когда его ложь рассыпалась словно карточный домик, он считал, что у него есть право решать за меня. — После всего, что увидела своими собственными глазами? Не останусь. И если в тебе сохранилась хоть капля порядочности, ты меня отпустишь. Потому что…я больше не люблю тебя. Он поморщился, словно мои слова причинили ему боль, но потом все так же холодно и уверенно вынес приговор: — Полюбишь снова. Я знала, что он — не прекрасный принц,...

Подруг не выбирают. Даже таких, как Лизка… Женихов не проверяют. Даже если это Лизкин жених. Эти простые правила Маша Литаврина выучила наизусть. Но чего не сделаешь во имя женской дружбы?! Впрочем, надо отдать должное Лизавете – на этот раз подруга сменила ориентиры и вместо пухлого «кошелька на ножках» выбрала настоящего красавца. Такого не грех и проверить. Главное, чтобы Маша не капитулировала перед прекрасным принцем сама. А то женская дружба такие вещи не прощает!

- Ты кого ждешь? Маму? – совсем рядом раздается голос… бывшего.  Ян?! Что он тут делает?! Умоляя сердце не колотиться так громко, чтобы Наумов его не услышал, выглядываю из-за угла, как воришка.   - Ага. Я телефон сегодня забыл. И ключи от дома, - горестно вздыхает мой сын.  Наш с Яном сын.  Под ногами покачивается земля. Застываю, не в силах пошевелиться, и во все глаза разглядываю двух своих мужчин.  Отец и сын.  Вот только они даже не догадываются об этом.  Как же они похожи! Этот...

— Королёв, что значит «развода не будет»?! У нас договор! ― Был. Я его аннулировал. ― С какого перепугу? Два года прошло, я свою часть сделки выполнила. Стас ухмыляется, затем что-то достаёт из ящика письменного стола, кладёт передо мной. ― Я бы сказал, перевыполнила. Смотрю на лист со знакомой печатью медцентра: заключение врача, подтверждающее мою беременность. Как он узнал?! Я специально посещала врача под выдуманным именем в другом городе! ― Ты получишь развод, но только когда родишь...

— Оль, я хочу развод. Я думала, что эти слова мужа разделили жизнь на “до” и “после”. Но разделило ее вовсе не это. — Генерала к нам привезли. Совсем плохой. контузия сильная. Ослеп. Всё зовет какую-то Лёлю… — Лёлю?

— И чего ты хочешь? — достаточно грубо спросил Марк. И это ожидаемо, после всего, что я ему сказала. — Чтоб ты оставил меня в покое. Не приходи и не звони. Мне это не нужно, — собрала все силы, не позволяя внутренней дрожи просочиться наружу. — Себе хотя бы не ври. — Не вру. Тебе бы и самому пора перестать заниматься самообманом. Уходи, Марк, — умышленно отталкивала его от себя. Он прав. Я вру. Он мне необходим как воздух. Но у нас всё равно нет будущего… Ведь нет? Он, отец одиночка. С...