Лика

- Это котик? – сдавленно сиплю, глядя в экран телефона своей пациентки. - Да, это он. Игорёша, милый мой! - сюсюкает Анжела, листая перед моим лицом фото. - Богатый и красивый, мечта просто. Вот смотрите, это мы с ним в ресторане. А вот - в джакузи... Я молчу. Из груди рвется истерика. Прикусываю кончик языка, чтобы не заорать и с хрустом ломаю под столом карандаш. Мужчина, обнимающий Анжелу на скабрезных фоточках, слишком уж похож на моего мужа. С которым мы прожили в любви и согласии...

— Ведьма, значит? Настоящая? И мою дочь так нашла? — Да, настоящая. Я пойму, если ты... Если он скривится и уйдет, не поверив мне. Я готова к насмешкам, к травле, к подлости. Не готова только к тому, что он говорит: — Врачи, вообще-то, самые суеверные люди в мире. И как не верить в потусторонние силы, если сам каждый день вытаскиваю людей с того света? Он оказался единственным, кто смог меня понять и принять ведьму во мне. Вот только секреты его бывшей жены могут разрушить эту сказку в...

- Мама! - тянет меня за юбку незнакомый малыш трех лет. Смущенно улыбаюсь ему и отвечаю: - Малыш, я не твоя мама. Но ребенок словно не слышит меня и начинает упрямо тянуть меня к выходу. Он заводит меня за магазин, а там стоит припаркованная машина. Оттуда выходит высокий мужчина в очках и смотрит на нас исподлобья. - Вот она! - говорит малыш. - Ты уверен? - Да! - кивает ребенок. – Я нашел себе маму! Хлопаю глазами не понимая, что происходит. Мужчина подходит по мне вплотную и тут же...

Правило номер один: спать в разных спальнях. Правило номер два: безупречно улыбаться репортерам. Правило номер три: никогда не забывать, что это просто сделка. Фиктивный брак должен был спасти наследников двух империй: Артуру нужна была жена-ширма, Рите — статусное алиби. Они живут под одной крышей и тайно сходят друг по другу с ума. Но каждый свято уверен, что сердце партнера принадлежит другому. Они сгорают от ревности, прячут чувства и продолжают упрямо убеждать себя: «Это несерьезно». Но...

— Лерочка, это недоразумение — жена Ильи, Агата. Но думаю, ты и так это знаешь. Проходи, дорогая, осматривайся! Не стесняйся. Квартира записана на меня. Тебе здесь жить. Стою столбом, забыв, как шевелиться. Меня обходят, словно предмет мебели. Трясу головой, ничего не понимая. — Какой член семьи? — Растерянно улыбаюсь, выдавая нелепые версии: — Вы собрались замуж и это дочь вашего нового мужа? Или ваш племянник решил, наконец, жениться? Свекровь растягивает губы в изуитской ухмылке. — Ни то,...

— Я не хочу проснуться в сорок и понять, что у меня была только ты. Год назад муж бросил меня ради другой, и теперь ведёт её на свадьбу наших друзей. Мне остаётся только стоять там одной и собирать сочувственные взгляды. Но внезапно мой невозмутимый и очень привлекательный босс предлагает сделку: он готов сыграть моего нового мужчину, если я окажу ему такую же услугу. Неужели у нас одна проблема на двоих? Идеальный план. Главное — самой не забыть, что это всего лишь игра. Особенно теперь,...

Гости кричат: «Загадывай желание!». Я наклоняюсь к торту, смотрю на сорок пять свечей и думаю: что себе пожелать? Здоровье детям? Оно у них есть. Счастье в семье? У нас всё хорошо, все так думают. Деньги? Их достаточно. Я закрываю глаза и загадываю то, о чём нельзя рассказать вслух. То, о чём стыдно даже подумать. Шепчу беззвучно:«Пусть я ошибаюсь. Пусть мне показалось. Пусть всё останется как есть». Дую изо всех сил. Все свечи гаснут. Гости аплодируют. — Загадала? — спрашивает Роман, целуя...

Я увидела их случайно. В окне ресторана. За нашим столиком. С тем же взглядом, который когда-то принадлежал мне. Не закричала. Не бросилась с обвинениями. Просто развернулась и пошла домой, заваривать чай, улыбаться за ужином. Как всегда. Но кое-что изменилось навсегда. Потому что правда, когда начинает раскрываться, не ограничивается изменой. Она проникает глубже. До самого дна. И на дне я обнаружила не только ложь, но и кое-что о себе. О восьми годах, в течение которых я собирала себя по...

2 часть *** — Герман, познакомься, это моя дочь Вероника. Ты видел ее, когда ей было лет десять, но уже вряд ли помнишь, — посмеивается Кунгурцев. — Сейчас Веронике двадцать два. Она приехала из Санкт-Петербурга. Теперь будет жить в Москве. Я прирастаю к одной точке, глядя на девушку прямо перед собой. Ее светлые волосы собраны в высокую прическу, а глаза невинно хлопают, словно видят меня первый раз. — Здравствуйте, Герман, — робко улыбается. — Приятно познакомиться. — Значит, Вероника, —...