natalis

Заснула в пятизвездочном отеле, а проснулась в средневековом замке в постели с обнаженным красавцем.Только что тут делает разъяренный дракон и почему называет меня изменницей женой?! В ссылку? В агатовые топи? А что за девица сидит на коленях новоявленного мужа?! Думаете сгину?! Ну уж нет, в этом теле более не влюбленная дурочка леди фон Гран, а Елизавета Ивановна Гранитина, по прозвищу Гранит, старший следователь Отдела уголовного розыска УВД по московскому Восточному округу.

— И что же твоя жена, Захар? — слышен вопрос, после которого я замираю. — А что она, Димон? Все по плану. По плану? По какому ещё плану? Услышанное мне не нравится. — То есть ты все же решил влюбить в себя девочку? — Слушай, на кону огромные деньги, — голос моего мужа становится жестче. — Арина не будет ни в чем нуждаться. Я ведь не собираюсь её бросать после того, как она родит мне ребенка. Я продолжаю подслушивать разговор своего мужа с каким-то незнакомцем. — Мне нужно наследство, —...

Книга 1 *** — Я предлагаю стать моей женой, — голос старшего брата моего бывшего звучит спокойно. — Прошу прощения? Воскресенский складывает пальцы домиком и упирается в них подбородком. При этом он не сводит с меня внимательного взгляда. — Я знаю, что с Максом вы разошлись. — Но это не значит, что я сейчас готова бежать замуж за вас. Моему возмущению нет предела! – Не спешите отказываться, Арина. Выслушайте все мои условия…

— Геля, тут такое дело, в общем… нам надо разойтись. Муж огорошил новостью. Наивная, я полагала, что развод будет формальностью, но нет. — Другая женщина? — переспрашиваю, немного обалдев. В каком смысле? — Любимая женщина. И я хочу быть с ней. Поэтому ухожу. Вернее… ты уходишь. *** Мой благоверный почему-то был уверен, что я всплакну, соберу чемоданчик и уеду к маме. Не на ту напал. Я прошла с ним и Крым, и рым и имею право на жилплощадь и на военную ипотеку. Правда, чтобы узнать об этом,...

Она врезалась в его Майбах, а он потерял от нее голову. Они из разных миров, но судьба все уже решила за них.

Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта: 1. Найти работу 2. Не сдохнуть. Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения. Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.

- Рамазан, верни мне сына! Ему только месяц! Он на грудном вскармливании! - Неправильно формулируешь, Анна. Сына я как раз вернул. Себе! А ты о чем думала, когда его от меня скрыла?! - Мы развелись! У тебя новая жизнь и невеста, которая вот-вот станет твоей женой! Чувствую, как в районе груди становится тепло. Опускаю глаза и вижу, что это молоко протекло... Какой стыд... Он это тоже видит... - Хочешь видеть сына, придется пойти на мои условия... - подходит ко мне и берет за подбородок,...

На носу свадьба. Через пару дней я должна была стать женой человека, которого любила. Мы познакомились в университете. Он преподавал, а я была аспиранткой на кафедре русского языка. Семь лет разницы не казались нам проблемой. Мне двадцать пять, и вся жизнь была впереди. — Машуль, детка, задержусь сегодня, — прозвучал в трубке голос Кости, ровный и деловитый. — Снова?.. — Да, на кафедре аврал, последние согласования перед защитой. Я вздохнула. Так часто вздыхала в последнее время. — Ладно....

Племянница и её подруга, совсем юная, с длинными чёрными волосами и слишком яркой помадой, сидят на кровати. Между ними рассыпаны фотографии. Распечатанные, глянцевые, живые… Успеваю рассмотреть кое-что, пока они не сгребают их в кучу. Сердце ухает вниз. — Сколько тебе лет? — слышу собственный голос, словно со стороны. Он, становится плоским, безжизненным, чужим. Девчонка удивлённо поднимает на меня бровь. — Двадцать. Вы пришли готовить еду и на мой праздник тоже. Мы родились с Зариной в...

— Ты чистая, Алия. Его голос — глубокий, ровный, восторженный. Тот самый, которым он когда-то говорил мне «люблю». — Я мечтал о такой, как ты. Настоящей. Тихой. Нашей. — А Марьяна? — её голос дрожит, но не от страха. — Марьяна… — Кемаль держит паузу, потом усмехается. — Марьяна… как диковинная зверушка. Русская. Не такая, как все. Хотелось попробовать. Сломать. Приручить. А потом… — Ты её любил? — Я хотел её. А это не одно и то же. Я стою за ширмой. Я должна уйти. Бежать. Спрятаться....