Лиса Элис

И. А. Бунин – известнейший писатель, первый русский лауреат Нобелевской премии. Его жизненный путь был наполнен странствиями и болью разлуки с родиной. Несмотря на это, в эмиграции он создал свои лучшие произведения, основные темы которых – духовная жизнь и смерть человека, истинная любовь и глубокая русская душа с ее светлыми и темными сторонами, подвигами и страстями. В сборник вошли рассказы разных лет, начиная с раннего доэмигрантского периода творчества Бунина, и заканчивая произведениями...

Нет ничего проще, чем зайти к соседке, попросить соли. Но иногда последствия такого поступка бывают очень неожиданными.

Ирина Роднина по опросу ВЦИОМ 2010 года включена в десятку кумиров ХХ века в России — наряду с Гагариным, Высоцким, Жуковым, Солженицыным… Великих спортсменов у нас много, но так высоко народ еще не оценивал ни одного из них. И дело, видимо, не только в трех золотых олимпийских медалях — секрет в самой личности, в открытости характера, в сплаве обаяния и воли. Ирина Роднина написала честную и жесткую книгу. О многом — впервые. О многих — как никто прежде. О себе — с предельной откровенностью....

Иван Ефремов - писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком будущем Земли «Туманность Андромеды». Под одной обложкой с ним находится его продолжение - «Час Быка», где действие происходит спустя 300 лет на планете Торманс, расположенной на «краю Вселенной» и другие произведения. Содержание: Сердце Змеи Туманность Андромеды Час Быка Пять картин Лезвие бритвы

Шпионский роман XXI века — по Чаку Паланику. Это уже даже не смешно — это или истерически смешно, или попросту страшно. Итак — группа старшеклассников из неназванной страны с режимом победившего тоталитаризма получает задание — под видом «студентов по обмену» внедриться в простые американские семьи среднего класса, затаиться и начать подготовку к массовому теракту… Проблема в том, что они — как бы это поизящнее — морально устарели в своих устремлениях. В Ад нельзя принести...

«Камера обскура» (1931, опубл. 1932–1933) – пятый русский роман Владимира Набокова и второй из трех его романов на «немецкую» тему. Берлинский искусствовед Бруно Кречмар, увлекшись бездарной шестнадцатилетней актриской Магдой Петерс, тайной любовницей художника Роберта Горна, бросает семью и вовлекается в глумливый околоартистический круг, не подозревая, что последствия этой пошлой интрижки окажутся для него роковыми. Расхожее выражение «любовь слепа» реализуется у Набокова в форме криминального...

Коралина была очень любознательной девочкой. Она решила исследовать всё в новом доме и, конечно, открыла ту дверь, которая всегда оставалась запертой…

Началось всё, как в анекдоте: как-то раз собрались вместе американский бизнесмен, колумбийский футболист, британский красавчик-ученый и я, блондинка-дизайнер из Франции… Но, увы, несмешно: мы потерпели авиакатастрофу над колумбийской сельвой. Пилот отравлен, и, возможно, убийца еще среди нас. Будто мало опасностей диких джунглей, наркомафии и секретов древних муисков, которые жили здесь до прихода испанцев. И чтобы мне уж совсем скучно не было, похоже, все участники нашего похода на выживание не...

Я смотрела на такие знакомые плечи, спину, эти руки в карманах, и совсем некстати меня захлестнула привычная нежность. Строго-настрого запретив себе раскисать, я легко постучала по двери костяшками пальцев и вежливо поинтересовалась: — К вам можно, Алексей Юрьевич? — Входи, Василиса, присаживайся, — он обернулся, прошёл к своему креслу. — …те, Алексей Юрьевич. — Что «те», Василиса? — не понял он. Лёша всегда называл меня только «Василиса», никак иначе, никаких сокращений и...

Знаменитый историк моды раскрывает перед читателем яркую картину мира в переплетении судеб людей и вещей. Это захватывающие статьи по истории моды во всей ее предметной полноте — от Древнего Египта до современной России. Это волнующие судьбы легендарных модельеров, художников и артистов, выдающихся людей, сопричастных миру моды, ее творцов в широком смысле слова — от Коко Шанель и Эльзы Скиапарелли до звезд немого кино и балета и до богемы наших дней.