Мои цитаты из книг
— Как-то времени не было. Вот, подумываю, может так и оставить? Запру тебя в сокровищнице. А Сокровищницу в подземелье. Подземелье устрою на краю севера в горах.
Приподнимаю бровь и пытаюсь понять, шутит ли он?
Но во взгляде О'Шерра даже не читается издёвки, как всегда.
— Ты же не серьезно, да? — отчего-то чувствую, что он всерьез.
— Мы с моим зверем не против.
— Я против!
— Двое против одного, — оскаливается О'Шерр.
— Как ты мог? — хриплю я в неверии, глядя на мужа и девицу рядом с ним. — Ты ведь говорил, что любишь меня… — Ты такая наивная, — зло усмехается муж и шокирует фразой: — Я использовал тебя ради твоего титула и дара. А теперь ты мне больше не нужна. В этот миг его любовница резко бросает мне в лицо отравленную пыльцу. Захожусь в кашле и прижимаю ладонь к животу: — Держись, малыш… И теряю сознание… *** Любимый предал меня, лишил дара, собирался убить. И я стала пленницей дракона,...
— Совет да любовь, милая, — скалюсь я, наблюдая за ее внутренними метаниями.
— Я не собираюсь за него замуж.
— За меня тоже не собиралась, — пожимаю плечами.
— Эрлинг, мы с Дэйраном любим друг друга, — тычет в мои ребра локтем. — Он так шутит. Я ценю то, что ты прибыл меня спасать, но, этого не требуется.
— Не шучу. Рыцарь победил дракона — ткнул мне в спину клинком эльфийским. Кажется, на ткани мундира сделал зацепку, — задумчиво отзываюсь я, снимая китель и рассматриваю. — А, нет. Показалось. Но, всё равно, я уже капитулировал.
— Как ты мог? — хриплю я в неверии, глядя на мужа и девицу рядом с ним. — Ты ведь говорил, что любишь меня… — Ты такая наивная, — зло усмехается муж и шокирует фразой: — Я использовал тебя ради твоего титула и дара. А теперь ты мне больше не нужна. В этот миг его любовница резко бросает мне в лицо отравленную пыльцу. Захожусь в кашле и прижимаю ладонь к животу: — Держись, малыш… И теряю сознание… *** Любимый предал меня, лишил дара, собирался убить. И я стала пленницей дракона,...
— Не думайте о плохом. Как только подумали — переключайтесь на что-то хорошее. Тот, кто проклял вас… точнее, ваш род, хотел, чтобы вы страдали — так вот, не доставляйте ему этого удовольствия, ищите в каждом дне что-то хорошее, радуйтесь даже мелочам. И вместе мы найдём выход.
Мой жених отказался от меня, заявив, что полюбил другую. Но как будто этого оказалось мало, меня ещё и изгнали в земли проклятых. Я думала, что и забыли, но через время мой бывший жених явился вновь, уже в другом статусе… Я ему нужна? О, теперь я ставлю условия!
— Дыши и не смотри вниз. Закрой, то есть, открой глаза.
— Я боюсь.
— Тогда бойся, но шагай. Потихоньку. Я здесь.
Простые слова, но они, как ни странно, действуют.
Мой жених отказался от меня, заявив, что полюбил другую. Но как будто этого оказалось мало, меня ещё и изгнали в земли проклятых. Я думала, что и забыли, но через время мой бывший жених явился вновь, уже в другом статусе… Я ему нужна? О, теперь я ставлю условия!
А ведь людям позапрошлого поколения это не показалось бы таким уж важным — они не пытались изменить историю. Они были связаны личными узами верности и не подвергали их сомнению. Важны были личные отношения, и совершенно беспомощный жест, объятье, слеза, слово, сказанное умирающему, были ценны сами по себе. Пролы, вдруг сообразил он, в этом состоянии и остались. Они верны не партии, не стране, не идее, а друг другу.
Джордж Оруэлл (настоящее имя — Эрик А. Блэр), писатель острого, иронического ума, за свою недолгую жизнь создал множество произведений, из которых в нашей стране наиболее известны повесть-притча «Скотный двор» и знаменитый, ставший итогом жизненного и творческого пути своего создателя роман-антиутопия «1984», вошедший в данное издание. Написанный четыре с лишним десятилетия назад, этот роман и сегодня сохраняет свою актуальность.
— Знаешь, что? А давай… Перейдем… — отчеканила я, угрожающе нацелив на него палец. — Какое уж тут «вы» после того, как ты на меня напал…
— Неожиданно появился, — невозмутимо поправили меня.
— Похитил…
— Пригласил прогуляться… — не сдавался крылатый.
С каждым произнесенным словом я надвигалась на Мрака, упирая в его грудь палец и заставляя отступать, пока он не уперся спиной в каменную кладку здания, на карнизе которого мы стояли.
— Молча утащил непонятно куда. Не объяснив, не предложив, не поинтересовавшись, хочу ли я…
— Устроил сюрприз…
Дахар упрямо продолжал настаивать на своей версии событий.
Крылатые — сильнейшие маги нашего мира. Они надменны, самоуверенны, упрямы. А Эйден Кхэру — худший из них. При встрече мы чуть не подрались из-за редкого ледяного цветка. Потом я пролила на него зелье, а он в отместку меня… поцеловал. Разве могло хорошо закончиться подобное знакомство? Я вздохнула с облегчением, стоило ему наконец покинуть наш город, и уж точно не искала новых встреч. Но мы все-таки встретились — когда я приехала на стажировку в его академию. Тут еще тайны прошлого…...
– Каждый грех каждого человеческого существа прибавляет тяжесть к моим страданиям и срок моему наказанию; однако я должен держать мою клятву относительно мира! Я поклялся искушать, сделать все, чтобы уничтожить человечество, но человек не клялся поддаваться моим искушениям. Он свободен! Оказывает он сопротивление – и я ухожу; принимает он меня – я остаюсь!
Мария Корелли – псевдоним легендарной английской писательницы Мэри Маккей, возникший благодаря ее увлечению Италией. Сочинив себе биографию и придумав итальянского князя в качестве настоящего отца, писательница прожила свою жизнь в ореоле мистификаций. Ее книги, благодаря теме мистики и созданному ей самой таинственному образу автора, били все рекорды популярности в Англии конца XIX века. Проза Корелли насыщена таинственными и малоисследованными аспектами бытия: гипнозом, переселением душ,...
Божественные законы мягко направляли тебя на путь прилежания, на путь страдания, разочарования, самоотречения и бедности, так как только ими человечество облагораживается и стремится к совершенству. Через скорбь и тяжелый труд душа вооружается для битвы и укрепляется для победы.
Мария Корелли – псевдоним легендарной английской писательницы Мэри Маккей, возникший благодаря ее увлечению Италией. Сочинив себе биографию и придумав итальянского князя в качестве настоящего отца, писательница прожила свою жизнь в ореоле мистификаций. Ее книги, благодаря теме мистики и созданному ей самой таинственному образу автора, били все рекорды популярности в Англии конца XIX века. Проза Корелли насыщена таинственными и малоисследованными аспектами бытия: гипнозом, переселением душ,...
– Если ты не знаешь меня, если ты не чувствуешь своей осужденной душой, что ты узнал меня, то это потому, что ты не хочешь узнать. Так я прихожу к людям, когда они наслаждаются в своем предумышленном самоослеплении и тщеславии; так я делаюсь их постоянным товарищем, угождая им в их излюбленных пороках. Так я принимаю образ, что нравится им и подходит мне для их нравов. Они делают из меня, что я есть; они переделывают сам мой вид по моде их быстротечного времени. В течение всех переменчивых и повторяющихся эр они находили для меня странные имена и титулы, и их верование сделало из меня чудовище, будто бы воображение могло создать худшее чудовище, чем дьявол в человеческом виде.
Мария Корелли – псевдоним легендарной английской писательницы Мэри Маккей, возникший благодаря ее увлечению Италией. Сочинив себе биографию и придумав итальянского князя в качестве настоящего отца, писательница прожила свою жизнь в ореоле мистификаций. Ее книги, благодаря теме мистики и созданному ей самой таинственному образу автора, били все рекорды популярности в Англии конца XIX века. Проза Корелли насыщена таинственными и малоисследованными аспектами бытия: гипнозом, переселением душ,...
– Ты один из «счастливых» людей света, – продолжал он, глядя на меня прямо и безжалостно. – По крайней мере, так свет судит о тебе, потому что ты можешь купить его благосклонность. Но силы, руководящие всеми мирами, не судят тебя подобным мерилом; ты не можешь купить их благосклонность. Они смотрят на тебя, каков ты есть, а не каким ты кажешься. Они видят в тебе бесстыдного эгоиста, настойчиво искажающего их божественный образ вечности, и этому греху нет извинения и нет спасения от наказания. Кто бы ни предпочитал свое я Богу и в высокомерии этого я осмеливался сомневаться и отрицать Бога, тот призывает другую силу для управления своей судьбой – силу зла, созданную и поддерживаемую непослушанием и порочностью человека, – ту силу, которую смертные называют Сатаной, князем тьмы, но которую некогда звали Люцифером, князем света…
Мария Корелли – псевдоним легендарной английской писательницы Мэри Маккей, возникший благодаря ее увлечению Италией. Сочинив себе биографию и придумав итальянского князя в качестве настоящего отца, писательница прожила свою жизнь в ореоле мистификаций. Ее книги, благодаря теме мистики и созданному ей самой таинственному образу автора, били все рекорды популярности в Англии конца XIX века. Проза Корелли насыщена таинственными и малоисследованными аспектами бытия: гипнозом, переселением душ,...