Читатели с похожими вкусами
Отзывыпоказать все
не оторваться
Василий Игнатьевич Белозёров, эксперт-криминалист, попал из будущего в дореволюционную Москву, в тело стажёра Московского сыскного отделения. В его руках опыт криминалистов XXI века. Там, где улики ищут по старинке, его знания, настоящее оружие против преступников. Вместе с судебным следователем Рябининым он раскрывает дела, которые кажутся безнадёжными. Каждая мелочь, в опытных руках Белозёрова становится ключом к разгадке. Но хранить свою тайну становится всё труднее. Чем точнее его выводы,...
не оторватьсяМне понравилось. Отличная серия.
Василий Игнатьевич Белозёров, эксперт-криминалист, попал из будущего в дореволюционную Москву, в тело стажёра Московского сыскного отделения. В его руках опыт криминалистов XXI века. Там, где улики ищут по старинке, его знания, настоящее оружие против преступников. Вместе с судебным следователем Рябининым он раскрывает дела, которые кажутся безнадёжными. Каждая мелочь, в опытных руках Белозёрова становится ключом к разгадке. Но хранить свою тайну становится всё труднее. Чем точнее его выводы,...
глупоПонятно же, что сюжет дурацкий. Но юзают и юзают. Надоело.
— Я хочу развестись! — говорит мне муж. — Хорошо, собирай вещи и уходи, — отвечаю ему. Я заслуживаю любви и внимания, заслуживаю больше, чем призрачные обещания мужчины, который вместо меня всегда выбирал работу. — Сама уходи. Это вообще-то моя квартира, — сказал Максим, и его голос звучал сухо, безразлично. Он стоял передо мной, и в его глазах я больше не видела понимания и любви. Идти мне было некуда, но я стиснула зубы, быстро покидала в чемодан самые необходимые вещи и переоделась. —...
Никаких эмоций, как докладная записка.
— Я ухожу, Данияр. Муж смотрит на мою сумку и устало усмехается. — То есть я должен сейчас за тобой бежать? Салта, мы вчера поговорили. Я сказал, что подумаю. Убери сумку, не начинай опять. — Я не просто в гости еду. Данияр кивает на раковину. — Сначала посуду домоешь. ▪️▪️▪️ Шесть лет я мыла полы, готовила на всю семью и отменяла свои планы, чтобы никого не обидеть. Верила, что меня любят. Пока на юбилее свекра меня не попросили выйти из семейного кадра. Фотографироваться будет семья. А...
Так себе. Все слишком: слишком шаблонно, слишком наивно, слишком сладко.
— Я подал на развод. Эти слова бьют наотмашь, и я забываю, как дышать. Только комкаю растерянно фартук и молчу. Не верю, что мужчина, которого я когда-то любила, может вот так просто выкинуть нас с сыном из своей жизни. — А как же Даник? — Я устал, Оля. От алиментов не отказываюсь. Буду брать сына на выходные, когда мой быт наладится. Значит, никогда. Он прячет взгляд и уходит. — Трус! — хочется мне крикнуть ему в спину, но рядом сын, поэтому шепчу едва слышно. Ради сына я должна быть...