Мне нужен учебник.
Дух исчезать прекратила и переспросила:
— Ночью? Тебе нужно спать, адептка.
— Услуга за услугу, — потребовала я. — Мне просто нужен учебник, и я тебя больше тревожить не буду, клянусь!
— Гррр… Какой учебник?
Да есть у меня совесть! А терпения нет совсем. Где лорд Тьер?
Дух смерти поколебался, причем в прямом смысле, затем Дара неожиданно простонала:
— О, Бездна, мне его так жаль не было даже во время пыток у отступников… И я хочу это увидеть!
— Что увидеть? — не понимаю я этих возрожденных.
— О-о-о, я умру повторно, но на сей раз от любопытства, — простонала Дара и исчезла.
Дроу очень нагло ухмыльнулся, наклонился ко мне и проникновенно спросил:
— Первое предложение руки и сердца в твоей жизни?
Я кивнула, Юрао хмыкнул, указал рукой на удерживающую зеркало и уже покрасневшую от натуги Риаю и посоветовал: — Иди, поучись у профессионала — двести сорок предложений отвергла, она в этом лучшая.
Так вот, Дэя, мой мир тоже перевернулся. Основательно и бесповоротно! И то, что для тебя прогулка с этим дроу, или поездка домой в почтовом экипаже, для меня пытка – я просто стараюсь не представлять той тысячи и одного способа, которым ты можешь погибнуть! Потому что ты маленькая и беззащитная, а весь мир жесток и опасен!
Ну, Тьер… додумался же экспериментировать на адептах… Или вы у него шли под отчисление?
Я невольно кивнула.
— А, — магистр безмятежно улыбнулся, — тогда понятно.
Но мне понятно не было! И потому я требовательно спросила:
— На мне экспериментировали?!
Всем вдруг стало жаль полуорка, но тут магистр продолжил:
— И почему сюда без вопросов впустили адептку Риате, если уж ваше заведение придерживается строгих правил в отношении особ женского пола?
— Так это ж Дэйка, — оторопело ответил гном, — какая с нее женщина?
Дроу за моей спиной прошептал:
— Это он зря…
Янка была счастлива и готова делиться подробностями своего счастья со всем миром, а я…
— У меня тоже было свидание, — едва не рыдая, сказала я, — в лесу… с умертвиями!
— Что ты сотворила со старшим следователем?!
Ого! Неплохо. Но дальше оказалось еще хуже:
— В качестве статуи он очень даже неплох, — беззаботно ответила девушка.
— Ага, — сообразил Юрао, — довела до белого каления и подсунула зеркало?
— Ну да…
— Значит, сам виноват, я его про очки предупреждал и про твой мстительный характер тоже. — И страж, весело насвистывая, потопал вперед.
— Правда, сам виноват! — заявила Риая.
— Да-да, я понял, — хмыкнул Юрао.
Нравится мне эта семейка.
И вот это вот чудище прорычало:
— Бабам ходу нет!
Я отступила на шаг и невольно наступила на ногу Юрао. Дроу притворно взвыл, хотя наступила я несильно, а потом я как заору:
— Мастер Гровас! Мастер Гровас, это я, Дэя!
Я еще поорать хотела, но уже расслышала торопливые шаги, и затем полуорка отодвинули, и гном, смерив меня взглядом, с облегчением выдохнув, приказал:
— Добдо, пропусти.
— Так баба же! — пробасил полуорк.
— Какая с нее баба. — Гном досадливо махнул рукой. — Это Дэйка.
— Вот, — не преминул съязвить дроу, — так и выясняешь на двадцатом году жизни, что ты даже не женщина.
Тьер, пожри тебя Бездна! — прорычало чудище, наполовину высунувшееся из пламени.
Мы не отреагировали. Я так вообще даже дышать боялась, а магистр дышал тяжело и не отрывал от меня взгляда, а еще я очень четко ощущала его прикосновения… ярко как-то…
— Эээ, — прорычал гоблин, — Тьер, у тебя совесть есть?!
Лорд-директор не отреагировал, гоблин вынес вердикт:
— Ясно, совести нет.