Кому не нравится, пусть подавится!
Зарубить мне чемпионат области? Так я тебе быстро красную галочку в характеристику впишу! Будешь у меня не в баскетбол в университете играть, а у психолога в кабинете крестиком вышивать до посинения!
Я всегда чувствовала, что у нас есть свое время, особое, когда мы остаемся в целом мире одни. И неважно, кто рядом и видит нас. Важно то, что мы хотим сказать. И сейчас, когда я наконец вижу его, я хочу сказать так много и не могу. Слова заиндевели в груди. Я подхожу близко и поднимаю голову. Снова нахожу взглядом его глаза – темные, горящие золотом в отсветах ночи, неспокойные, с жадным ожиданием всматривающиеся в меня…
Я не смогу тебя отпустить, когда нашел. Когда ты нашла меня.
Да вернется он! Куда денется, не переживай! – фыркает девчонка. – Это ж носорожья логика, чтоб ее! Я на биологическом учусь, такого тебе порассказать могу об инстинктах и упрямой мужской природе… Землю носом перепашет, а свое возьмет, будь уверена.
Причину знаешь? Разобьется же к черту. Он никогда не знал меры. – Несчастная любовь со всеми вытекающими.
А знаешь что, – приободряется мачеха. – Поехали-ка мы с тобой в одно место! – Сейчас? – на часах четвертый час утра, и я изумляюсь. – Так ночь на дворе! – Это у людей ночь, а у нас в семье – непонятно что.
Когда дело касается тебя – я страшный лгун.
– Никогда не подходи к моей сводной сестре, иначе пожалеешь. Я, и только я буду решать, с кем ей быть! Кому ее, нахрен, лапать! Ты меня понял?!
Он продолжал ненавидеть меня, так же глубоко и упрямо, как дышал, и мои подачки были ему не нужны.