Творится чёрт-те что, – произнес он, взъерошив светлые волосы, – но почему-то у меня такое чувство, что в моей жизни сейчас происходит что-то по-настоящему хорошее.
– Ты сам притащил меня в свою квартиру, поэтому я не виновата, что нечаянно перевернула ее вверх дном. – Конечно, не ты, – потешался он, – это всё коньяк! – Не стоило оставлять его на видном месте!
По сравнению с ней я была мешком с картошкой. С вялой такой картошкой, обросшей глазками. А она выглядела лилией, цветущей на ветру.
У меня скотская работа, которая не приносит ни удовольствия, ни приличных денег, но отнимает почти всё время.
Жизнь прекрасна, птички поют, а ты красива, словно Рапунцель, даже без косметики, даже в семь утра. И почему это все не про меня?
– Ты умеешь водить машину? – Конечно, – обиженно ответила я, поправляя его рукав. – Правда, только вперед. Назад у меня не выходит.
Брутальность – это не накачанные мышцы. Это энергетика. Ты смотришь на мужчину и ощущаешь в нем внутреннюю силу.
Так бывает, когда пытаешься морочить кому-то голову. Сам попадаешь в расставленные тобой сети.
Когда женщина говорит, что не готова к отношениям, это обычно значит только одно: не готова с тобой. Как только появляется нужный человек, все прежние убеждения превращаются в пыль.
Когда я думаю о нем, забываю своё имя. Весь мир и даже воздух вокруг кажутся мне другими, когда он рядом. Удивительное, щемящее душу чувство… мать его!