antonovanina

Семейное счастье Славы продлилось всего несколько часов. Смерть мужа превращает её в "зомби" без чувств. Спустя год она продолжает жить прошлым, пока однажды не узнаёт все тайны мужа. Спасая чужие жизни, Слава понимает, что её собственная жизнь давно висит на волоске и рядом нет того, кто скажет: "Дыши со мной", а так хочется сделать спасительный вдох.  

Разводы - моя профессия. Я знаю, как оставить ни с чем мужей-изменников. Но никогда не могла подумать, что таким станет и мой муж. - Наташенька, ты не видела Олега? Видела. И Олега, и его голый зад в ванной комнате нашей старшей дочери. Наша счастливая жизнь оказалась уничтожена в разгар семейного праздника. Он изменил мне с женой брата. И считает это просто ошибкой. А я считаю, что такое прощать нельзя. Впереди будет война. Грязная. Болезненная. И я сделаю все, чтобы она была именно...

- Вер, я тобой восхищаюсь! Ты так спокойно это принимаешь! - говорит мне сестра мужа, не сводя глаз с моего любимого и моей подруги. В день маминых похорон я жду поддержки от близких, но вместо этого узнаю, что мой муж и лучшая подруга стали любовниками, пока я пыталась не сойти с ума у постели умирающей мамы. Наша дочь-подросток с радостью поддержала выбор отца: - Я вижу, кто делает папу по-настоящему счастливым! Я пытаюсь держаться. Но как же больно осознавать, что моя жизнь была ложью. ...

Жизнь редко даёт второй шанс. Но если уж дала, я не собираюсь тратить его на то, чтобы драить котлы и молиться, что меня не узнают. Для всех я грязная рабыня с изуродованным лицом. Для немногих — дочь убитого вождя, которую нужно прятать. Для себя — женщина, которой нечего терять. У меня будут люди, готовые рискнуть. Я заберу туат у убийцы. А ещё будет мужчина, который придёт как враг: суровый, опасный, не знающий пощады. Довериться ему безумие. Полюбить ещё большее. Но когда это меня...

На пятидесятилетие муж подарил мне мультиварку, чтобы я «меньше уставала на кухне». А в кармане его пиджака я нашла чек на золотой браслет... для другой женщины. Двадцать пять лет брака. Я была его тылом, его стилистом, его личным менеджером и кухаркой. Он считал, что я — удобная мебель, которая никуда не денется. «Кому ты нужна в свои пятьдесят?» — кричал он мне в спину. Я ушла в никуда. С одной швейной машинкой и гордо поднятой головой. Он думал, я приползу обратно, когда закончатся...

"Тебя никто не пощадит!" — бросила мне сводная сестра сквозь решётку перед казнью, и эти слова до сих пор были выжжены в моём разуме. Я верила им, а они, лишив меня воли, заставили совершить самое страшное преступление в империи, после чего с улыбкой отправили на плаху. Теперь, чудом вернувшись во времени в свое восемнадцатилетие, я смотрю в их лживые, улыбающиеся лица, и понимаю одно: моя сестра была абсолютно права — пощады не будет. Только в этой жизни безжалостным палачом стану я.

— Я вернусь и уничтожу вас, — сказала она тогда. — Уничтожите, — легко согласился Архаров. — Но для этого вам надо вернуться. *** Внимание! Это второй том единой истории, не разделенной промежуточным финалом.

К своим годам она вдова и мать восьмилетнего сына. Только -это всё официально, на бумаге. А то, как это на самом деле, всем знать не обязательно. Она сама так решила и этим счастлива. Придя на собеседование, Виолета и не подозревала, чем это для неё обернется. Она шла устраиваться на новую работу, но судьба решила всё за неё сама. В очередной раз..

Он искал покоя. Она хранила тайну. Их брак был сделкой, но война изменила все правила. Барон Лоренц вернулся с южного похода, закаленный в боях и пресыщенный славой. Единственное, чего он жаждал, — тишины родовых стен и холодной красоты жены, оставшейся лишь частью интерьера. Их союз был договором. Её долг — родить наследника. Его право — забыть о ней после этого. Полтора года разлуки не должны были ничего изменить. Но всё изменилось. Теперь он смотрит на жену и не узнаёт. Её красота...

Я достала его из гроба, а он меня до печенок! А ведь всего-то готовилась к зачету по некромантии, но никогда не знаешь, что откопаешь. Или кого. Если рыться не в библиотеке, а на погосте. Только что мне теперь делать, если открыла домовину, а в той не образцовый мертвец, а живой трындец: язвительный надменный аристократ, который и не думал помирать. А бесить еще как! Этого типа так и хочется зарыть обратно! Или отправить к лекарям. Ну хотя бы сдать как вещдок законникам. Но у...