antonovanina

У Соколовых не было проблемы пристроить собаку на время отпуска. Когда они уезжали, в их квартире поселялся Олег, в прошлом аспирант, а ныне коллега Михаила Соколова. Олегу, тридцатилетнему холостяку, научному работнику, который живет вместе с мамой, папой, бабушкой, разведенной сестрой и племянником, в радость хоть на время съехать из семейного общежития. Из обязанностей — только выгуливать два раза в день пса и кормить.

Я — та самая злодейка, смазливая длинноногая секретарша, которая увела шефа от его верной и стареющей жены.

«Секир-башка! Голову тебе оторву!» — обозначал мой жест: кулак на кулак и вращательные движения. — Но я тебя предупреждал! — беззвучно, одними губами артикулировал муж. Мы обменивались с ним «любезностями» за спиной у гостей, которые минуту назад пожаловали в наш дом. Но все по порядку.

Наши тревоги и радости, смех и слезы — наше все — дети. Они способны превратить нашу жизнь и в праздник, и в кошмар. Дети постарше, подростки-максималисты сами оценивают поступки родителей по шкале суровых требований и не всегда выставляют хорошие оценки.

В раздевалку средней группы Ольга вбежала в семь десять. Так и есть. Притулилась одинокая фигурка на скамеечке. Даже куртка зимняя надета и ботиночки. Осталось шапку натянуть и шарф повязать. Но ребенок чужой.

Лежу в постели, читаю детектив. Плавно и мирно отхожу ко сну под погони и перестрелки. В спальню входит и садится на кровать единственная любимая дочь Надя: — Мама! Я хочу с тобой поговорить. Насчет Игоря. — Свадьбы не будет!

Лариса застонала от досады: кого нелегкая принесла? Принесло подругу Иру. — Я убила Васю! — сообщила она не здороваясь.

«Тёщин Язык» – обычный посёлок-«полуостров» в излучине реки. Здесь всего четыре дома. В каждом доме, на каждом участке, безмятежно течёт своя привычная жизнь. Но однажды мирное течение летнего благополучия нарушено – на пороге одного из домов появились «чёрные риелторы» и объявили хозяйке, чтобы она немедленно покинула дом, так как он теперь принадлежит новым владельцам. Да, победа лёгкой не была! За неё пришлось побороться! Но можно ещё раз убедиться в том, что честность, порядочность и отвага...

Дочери было три месяца, когда Зоя Скворцова попала с ней в больницу. Огромная палата, разделенная стеклянными перегородками на боксы. В каждом боксе младенец до года и мамаша. В соседнем с Зоей боксе лежала пятимесячная девочка, одна.

Холодная вода охватила ее щиколотки, заставив тонкую шелковистую кожу покрыться мурашками. Девушка пискнула, негромко засмеялась и побежала, стремясь скорей полностью окунуться. Уже через несколько мгновений она нырнула, широко открыла глаза и посмотрела на деловито снующих рыб. Протянула руку к самой ближней рыбке, но та резво ускользнула, так и не позволив притронуться к себе.    Девушка вынырнула, обернулась, чтобы взглянуть на берег, и снова нырнула, но теперь уже не охотилась на юрких...