татьяна

Первое, что он сказал ей, было: - Я женат. И показал кольцо на пальце. А второе: - Если ты сейчас встанешь и уйдешь, больше никогда сюда не вернешься. Она не ушла, продолжала сидеть молча. - Умная, - криво усмехнулся он. – Значит, запомни. Никаких сцен, никаких обязательств. У нее не было выбора, ей нужна была эта работа. - Никаких сцен, - эхом выдохнула она. – Я запомнила. Условия обозначены и приняты. В тот момент он не думал, что первым нарушит их сам.

«У тебя есть сын. В новогоднюю ночь ему исполнится семь. Найди его». Если это шутка, то злая и неудачная. У меня нет ни семьи, ни детей. И не предвидится. «Вы ошиблись номером», — печатаю в ответ. Почти восемь лет назад из-за бывшей я вынужден был оставить привычную жизнь, карьеру в органах — и приехать снежную тайгу, где меня никто не знает. С тех пор я одиночка — никаких баб, тем более столичных. «Это правда, Тихон. Я родила мальчика и отказалась от него. Ты должен его найти!» ...

Я точно знаю, каких мужчин нужно обходить стороной. Самоуверенных. Опасно привлекательных. Привыкших командовать и всегда получать то, что хотят. Артем Новак — именно такой. В прошлом — суперзвезда футбола. В настоящем — футбольный тренер, у которого все идет далеко не так гладко. Упрямый, жесткий, невыносимый и совершенно не привыкший к отказам. А я не собираюсь ему уступать! И уж точно не собираюсь влюбляться. Есть только одна проблема. Этот человек вообще не умеет проигрывать. И чем сильнее...

— Я буду тебе изменять, — заявил муж, вальяжно забросив нога на ногу. — Что? — Именно так, — кивает. — Ты услышала ровно то, что я сказал. Буду изменять. Сегодня или, может быть, завтра. Неважно, главное, знай. — Неудачная шутка. — Похоже, что я шучу? Ты же за честность? Я честно предупредил. Ты же за доверие в паре? Вот, я тебе доверился, и считаю что наши отношения после этого не пострадают. От негодования не знаю, куда деться. — То есть, теперь это работает так? Я тоже могу предупредить...

Мой муж построил дом нашей мечты своими руками. Жаль, что для меня в этой мечте не осталось места, всё было занято работой и бывшей, к которой он мчался по первому зову. «Спасибо за потрясающую ночь. Я так рада, что мы снова вместе». Сообщение, которое она ему прислала, поставило точку в наших отношениях. Он говорит, что это ошибка, но была измена или нет, я больше не хочу быть второй. Через две недели нас разведут, но осталось одно дело: дом, который нужно довести до ума, продать и...

«Дочери твоего мужа сегодня исполнилось три года. Приедешь поздравить?» Смотрю на фотографию, где мой муж держит на руках маленькую девчушку в красном платьице и дарит ей ласковую улыбку. Руки трясутся. В глазах плывёт. Это просто чья-то злая шутка… — Загадывай желание… — слышу родной любимый голос, и внутри всё обрывается. — Хотю, чтобы папоська жил с нами! — лепечет девчушка и задувает свечки на торте. К моему мужу подходит высокая блондинка, кладёт руку ему на плечо и улыбается, а я лечу...

— Амир Тимурович? Что вы здесь делаете? На пороге стоит мой босс. Он скользит тяжелым, пристальным взглядом по босым ступням, ногам в коротких шортах и растянутой, почти прозрачной белой футболке. Щеки пылают, потому что в его глазах кипит ярость. — Для тебя просто Амир, — его пальцы сжимают металлическую дверь, чтобы я ее не закрыла. — Или ты забыла, как шептала мое имя в постели? — Забыла. Уходите. Поговорим завтра, но не здесь, — хрипло требую я и вдруг понимаю, что если он, узнал мой...

Юля любит себя. Очень. Вот она в спортзале, вот с подружками в баре, вот на каком-то корпоративе… А вот и новое фото. Утреннее… Сердце замирает, а потом срывается в бешеное пике. Подпись: «Прекрасное начало дня!» Она сидит на кухне, очень похожей на ту, что я видела у неё на фото с корпоратива. В руках у неё чашка. Улыбка… довольной, сонной кошки. На ней – мужская рубашка. На голое тело. Застёгнута на одну-единственную пуговицу под грудью. Я узнаю её из тысячи. Из десяти тысяч. Серая, с...

Она видит меня первой. Не отскакивает. Не пугается. Холодные, зелёные, как у кошки глаза — встречаются с моими. В уголках полных губ дрогнула улыбка. Алексей оборачивается. Его лицо белеет. — Оля?.. Я не могу издать ни звука. Горло сжалось. — Оля, ты не так поняла! Он отпускает её руку, делает шаг ко мне. Бормочет нелепые оправдания: — Мы просто... разряжались после операции. Говорили. — В душе? — хриплю пересохшим горлом. — Говорили? С твоей рукой на ней? Катерина нарочито медленно...

Три года назад я потеряла дочь. А Катюша — маму. Теперь она почему-то уверена, что её мама — я. Разум твердит, что это всего лишь детская фантазия. Но сердце так хочет поверить в невозможное! Тем более что стать мамой для этой девочки оказалось гораздо проще, чем можно было представить. Ведь, похоже, я очень нравлюсь ее отцу…