Людмила Саржевская

Если бы не скотина Борюсик, изменивший мне аккурат на десятилетнюю годовщину нашего брака с моей лучшей подругой, фиг бы я куда-то из Петербурга потащилась. Особенно в город детства, откуда в свое время сбежала, роняя тапки. Но вот я здесь, как инициатор нового торгового коридора между Азией и Европой. «Быть ему или не быть» – решает он. Мужчина из моего прошлого. Презентация завершилась, а я поняла: отсидеться в углу не выйдет. Ведь в ответ на наше предложение здешний Главный Босс бросил: ...

Жили они долго и вполне счастливо, пока Эрик не задал жене провокационный вопрос: "Почему это у них за семь лет брака не появилось потомства?" Ну и понеслось... На самом деле: жизнь не такая плохая, как нам кажется… она еще хуже. История о том, что пока в отношениях главенствует разум – они простые, спокойные, приличные, но стоит добавить чувства и следует извержение вулкана или взрыв сверхновой. Кого-то может и забрызгать...

– Ну что ты молчишь? – резко спросил он Тасю, так и не решаясь посмотреть ей в лицо. – Теперь ты всё знаешь. Давай, начинай истерику: как ты мог?! Все мужики – козлы… – передразнил он кого-то. Стараясь успокоиться, несколько раз вдохнул и с шумом выдохнул воздух. Накатила невообразимая ярость: какого черта он должен оправдываться? Она сидит тут в позе святой, а он, конечно, гад и сволочь…

Могущественный черный маг, повелитель духов ветра, талантливый военный, невероятно богатый человек и двенадцать раз практически вдовец. О герцоге Грэйде рассказывали пугающие истории, а газеты уже несколько лет пестрели сообщениями о смерти очередной претендентки на роль герцогини оттон Грэйд. И женой вот этого страшного и жестокого человека мне предстояло стать. Или тринадцатой по счету невестой, не дожившей до знаменательного дня бракосочетания…

Одно из самых внушительных состояний в империи, преданность духов, что подчиняются лишь сильнейшим, черная магия и отвратительный, лишенный даже намека на справедливость жестокий нрав – истинная и в целом неприглядная правда о моем супруге. Думала ли я, что все может стать еще сложнее? Мне стоило учесть наличие могущественных врагов. Но выбор сделан и наступили странные времена, когда наставники становятся врагами и более не ведаешь, кому доверять, когда раскрываются подробности изощренного...

– Ну, Ми-и-и-тя! Ну, не дуйся, лапа… - раздался девичий голосок за стеллажом. Голос, который я, кажется, уже сегодня слышала. Капризный. Косящий под девочку. Мне стало интересно взглянуть, с кем это юная нимфа пожаловала в магазин. Неужели с тем самым, кто должен сообщить о разводе своей старой, с кольцами Венеры жене. – Алиса! Но тебе же русским языком доктор сегодня объяснил - тебе нельзя сладкое. Потерпи ты чуть-чуть! Ты что, хочешь навредить ребенку? Меня обдало ознобом с головы до...

Мир рухнул. Я потеряла любовь и доброе имя. Все, что у меня было… Что же мне остается? Я потребовала правосудия императора. Я имею право на него, ведь мои родители погибли за империю. Меня пытаются убить, а помощь приходит от ректора нашей академии, которого я считала бесчувственной статуей. Почему же я раньше не замечала, как его глаза полыхают синим пламенем, когда он видит меня? В детстве мы с бабушкой гадали на закатах. Кровавый – к беде, рыжий... Как дождаться рыжего заката, что – по...

— Без меня у тебя — ничего. Слышишь? Ни-че-го! Ни жилья, ни машины, ни карточки, ни работы. Ты двадцать четыре года сидела у меня на шее! — Ты прав, — говорю, и голос всё-таки дрожит. — Но знаешь, чего у меня ещё нет? — защёлкиваю чемодан. — Желания провести с тобой под одной крышей ещё хоть одну минуту. Впервые за двадцать четыре года ему нечего ответить. *** Мне сорок пять. Половину жизни я была идеальной женой — вела дом, растила детей, молчала, помогала мужу строить бизнес. А он…Он завёл...

- Лори, стой! – бегу за своей собакой, которая в прямом смысле с поводка сорвалась, как только мы из подъезда вышли. – Лори, вернись! Заворачиваю за угол соседнего дома и резко останавливаюсь. Моя Лариска ластится к… Мише?! Как к Мише, я же его две недели назад на вахту в Тюмень проводила… Подхожу поближе, скрываясь за деревьями, а он внимания на собаку нашу не обращает, отпихнул ногой и заскочил в подъезд. Это вот что сейчас было, а? Он же мне вчера сообщение прислал, что скоро домой...

– Кто она? – Да какая разница? – он пожал плечами. – Женщина. Женщина… А кто же тогда я? Я не сразу поняла, что задала этот вопрос вслух. Надеялась, что Рома не услышал, но он развернулся и спокойно посмотрел мне в лицо. – Ты? Ну, Юль, ты же понимаешь, теперь ты, как будто не совсем женщина... Как я с тобой буду… – Что? – прошептала я. – Что ты сказал? Рома взгляда не отвел, но и больше ничего не ответил. И я поняла: он не испытывает ни сочувствия, ни жалости, ни даже тени смущения....