– Это женская солидарность, я бессилен. Вы обе уже составили свое мнение и все, что мне остается – пытаться не разочаровать вас еще больше.
И вовсе она не старая карга, а красиво стареющая женщина.
Говорить правду – весьма опасное для жизни занятие. Проще выписывать отвары, назначать притирки или расслабляющие массажи, и поиметь кучу денег, чем обнаружить себя в реке с мешком на голове.
-...нельзя строить жизнь по принципу жертвенности. Жертвуя собой во имя каких-то целей, пусть даже великих, мы убиваем себя.
- Почему убиваем?
- Потому что часто не туда целимся. И жертвы наши проходят впустую. Ни себе, ни людям.
Беременным свойственен эгоизм – наши дела самые важные, нам требуется особое внимание, а остальные подождут».
– Там, где мы подспудно ставим себе ограничения, мало что дельного может произойти. А вот если эти ограничения снять, то сознание запустит дремавший механизм…
- Почему король такой?
- Какой? – Велица шмыгнула носом.
- Заставляет страдать. Меня, королеву, леди Шер…
- Наверное, он просто не замечает, что вам плохо. Вы же улыбаетесь, прихорашиваетесь для него.
Неужели дерзкие, отчаянные, напористые мужчины будут всегда привлекать нас, романтических барышень? Неужели мы сродни мотылькам, летящим в пламя?
— Хотеть и любить это разные вещи, — напомнила я.
— Но идут они рядом, — усмехнулась женщина. — И одно легко перетекает из другого. Ничего удивительного в этом нет.
— А между прочим, Кирилл сделал Кире предложение, — сообщила сестрица, посмеиваясь. — Конечно же, Кира отказала.
— Правильно отказала, — заметила Виолетта Степановна. — Но сильно с отказами не затягивай. А то к другой добыче уйдет.