Мои цитаты из книг
Любовь действительно греет. Но не та пафосная, воздыхательная и возвышенная, а обычная — приземленная. Земная любовь. Безбожно эгоистичная, когда, стараясь взять для себя все, жадно вдыхаешь каждый день, каждое мгновение. Эта любовь с четким ощущением, с ритмом, с болью, с простреленным сердцем. Она колючая, закаленная, требующая ежедневных доказательств перед самим собой. Требующая каждый день маленького подвига — любить все плюсы и минусы своей женщины. Жить ее чувствами, желаниями и мыслями как своими. Учиться вместе с ней чему-то новому, открывать для себя недоступные ранее стороны жизни.
Когда-то его считали человеком «второго сорта». А теперь у него есть все, о чем он только мечтал, и даже то, о чем он не мечтал никогда. Погрязая в наслаждении без рассудка и без нравственности, он ест кайф ложками.
Заворачивает свою пустоту в яркий фантик, становясь заложником этой пустоты. Скажете, пресытился? Нет, пережрал. Но неожиданно вмешавшееся прошлое заставляет его сделать перерыв. Перерыв на жизнь.
— Да, мама, ты у нас правдолюбка.
— Конечно.
— Вот и люби, — резко говорит дочь. — Свою правду. А я правду не люблю, я ее имею. Как двусмысленно звучит, не так ли?
Когда-то его считали человеком «второго сорта». А теперь у него есть все, о чем он только мечтал, и даже то, о чем он не мечтал никогда. Погрязая в наслаждении без рассудка и без нравственности, он ест кайф ложками.
Заворачивает свою пустоту в яркий фантик, становясь заложником этой пустоты. Скажете, пресытился? Нет, пережрал. Но неожиданно вмешавшееся прошлое заставляет его сделать перерыв. Перерыв на жизнь.
Наташка принимает обновку с откровенной радостью. Не потому, что мечтала о черной водолазке или та сильно ей понравилась. Нет, Наташка любит подарки, она примет все, что угодно, и никогда не откажется от халявы, будь то хоть случайный поклонник, хоть новая шмотка.
Когда-то его считали человеком «второго сорта». А теперь у него есть все, о чем он только мечтал, и даже то, о чем он не мечтал никогда. Погрязая в наслаждении без рассудка и без нравственности, он ест кайф ложками.
Заворачивает свою пустоту в яркий фантик, становясь заложником этой пустоты. Скажете, пресытился? Нет, пережрал. Но неожиданно вмешавшееся прошлое заставляет его сделать перерыв. Перерыв на жизнь.
Рассказывай, — кивает Наташке.
— Что? — растерянно переспрашивает она.
— Кто в этот раз козел, разумеется. Что еще могут девочки обсуждать за мартини?
— Да все козлы
Когда-то его считали человеком «второго сорта». А теперь у него есть все, о чем он только мечтал, и даже то, о чем он не мечтал никогда. Погрязая в наслаждении без рассудка и без нравственности, он ест кайф ложками.
Заворачивает свою пустоту в яркий фантик, становясь заложником этой пустоты. Скажете, пресытился? Нет, пережрал. Но неожиданно вмешавшееся прошлое заставляет его сделать перерыв. Перерыв на жизнь.
— Наталка, вот ты дура, — говорит Рада. Ласково говорит, по-доброму.
— Все бабы дуры. Я чем хуже? — смеется подруга.
Когда-то его считали человеком «второго сорта». А теперь у него есть все, о чем он только мечтал, и даже то, о чем он не мечтал никогда. Погрязая в наслаждении без рассудка и без нравственности, он ест кайф ложками.
Заворачивает свою пустоту в яркий фантик, становясь заложником этой пустоты. Скажете, пресытился? Нет, пережрал. Но неожиданно вмешавшееся прошлое заставляет его сделать перерыв. Перерыв на жизнь.
— Я три иностранных языка знаю, и что? Это у меня должно быть на роже написано? А мне просто нужно их знать, у меня бизнес за границей, вдруг меня на*бывают, задолбаешься с собой переводчика таскать. Но русский язык я люблю. Потому что душевный он. А какая русская душа без мата?
Когда-то его считали человеком «второго сорта». А теперь у него есть все, о чем он только мечтал, и даже то, о чем он не мечтал никогда. Погрязая в наслаждении без рассудка и без нравственности, он ест кайф ложками.
Заворачивает свою пустоту в яркий фантик, становясь заложником этой пустоты. Скажете, пресытился? Нет, пережрал. Но неожиданно вмешавшееся прошлое заставляет его сделать перерыв. Перерыв на жизнь.
гордость и уязвленное самолюбие не имеют возраста, не знают времени.
Когда-то его считали человеком «второго сорта». А теперь у него есть все, о чем он только мечтал, и даже то, о чем он не мечтал никогда. Погрязая в наслаждении без рассудка и без нравственности, он ест кайф ложками.
Заворачивает свою пустоту в яркий фантик, становясь заложником этой пустоты. Скажете, пресытился? Нет, пережрал. Но неожиданно вмешавшееся прошлое заставляет его сделать перерыв. Перерыв на жизнь.
— У тебя кровь!
— Да, задел один, — Ромка махнул рукой. Я сурово насупилась:
— А бытовой сифилис не дремлет!
— Ты хочешь обработать мне боевые раны?
— Что это?
— Это заявление на отпуск.
— Какой еще отпуск, Марина Сергеевна?!
— Декретный, Денис Иванович, — пояснила я. — Да вы почитайте, там написано же все.
— Погоди, какой декрет?!
— Обычный. Я на седьмом месяце беременности.
— Погоди, так ты ж не замужем?! А, ну, понятно.
— Замужем, замужем, год уже как. Свидетельство там вон, я все донести не могла….
Оказывается, если временами отвечать, что думаешь — очень полезно и приятно. Главное, не переборщить, а то привыкнут.
— Что это?
— Это заявление на отпуск.
— Какой еще отпуск, Марина Сергеевна?!
— Декретный, Денис Иванович, — пояснила я. — Да вы почитайте, там написано же все.
— Погоди, какой декрет?!
— Обычный. Я на седьмом месяце беременности.
— Погоди, так ты ж не замужем?! А, ну, понятно.
— Замужем, замужем, год уже как. Свидетельство там вон, я все донести не могла….
Теть Марин, а жрать дают? - жалобно спросил он.
- Дают, Вадик, через час, всем корм дают. И скотине, и людям, - голосом тети Сони с Привоза, ответила мама.
Я неторопливо и бесцельно шаталась по книжному магазину. Бесцельно - потому что покупать ничего не собиралась, а неторопливо - потому что растяпа Анька опять забыла отдать мне ключи, а сама еще не вернулась с пар. На улице торчать было холодно, а в магазине меня уже знали в лицо, а потому не цеплялись. Вот я и шагала неторопливо вдоль книжных полок в разделе 'Отцы-основатели', мечтательно вздыхая томикам Клиффорда Саймака - трех томов из этой серии у меня еще не было. Стеллажи уходили не только...