«Я не слушаюсь никого, кроме мудрого себя», — гавкнул на наину вейр,
Герцог занял место во главе стола (кто б сомневался), Паулина пристроилась рядом, по правую руку от жениха. Была она немного насупленной, или, может, мне это только показалось, потому что уже спустя секунду рыжая нежно всем улыбалась.
Вот актриса. Оскара ей, а не мужа.
«Не доверяй первому впечатлению, цыпа. И второму тоже. Моему хозяину одному из немногих прочат Каменный трон и, поверь, есть за что, а этих девиц, чистокровных, с детства воспитывали с осознанием, что в будущем они почти наверняка станут жёнами или асави хальдагов. А тут не просто борьба за одарённого мужика — тут борьба за одарённого мужика с короной. И они будут бороться. Все до единой. Поэтому не ведись на сладкие улыбочки и никому здесь не верь. Вот тебе мой совершенно бесплатный, между прочим, совет».
— Осторожней, укусит ведь.
— Глупости, — отмахнулась я и легонько ущипнула пса за складочку на мясистой шее. — Морсик у нас хороший.
«Цыпа, не доводи до греха… Ведь действительно укушу».
Склонившись к вейру, еле слышно прошептала:
— Только попробуй, и я тебе больше слова не скажу. И слышать тебя перестану.
— Грр…
— А если его всемогущество не откажется от своих кобелистских планов, мне станет очень плохо, и я могу лишиться своих способностей. Из-за психологической травмы. Такое бывает, знаешь?
«Ультиматумы, значит, ставим?»
— Просто предупреждаю о возможных последствиях и нежелательных вариантах.
— Твой господин с утра пораньше явился ко мне с заявлением, что сегодня ночью он изволит со мной спать. Ты представляешь?!
«Представляю».
— Может, есть какой-нибудь способ заставить его передумать, а? Ну или занять его чем-нибудь? Что скажешь? — спросила с надеждой.
Дог внимательно на меня посмотрел, а потом флегматично произнёс:
«И чего ты так взбеленилась, цыпа? Что естественно, то не безобразно. Да и вообще, уверен, тебе понравится. Ещё будешь просить добавки».
И вот, только решила начать всё заново и завести короткий, ни к чему не обязывающий роман (да вон хотя бы с тем качком из спортзала, который на тренировках пожирал меня взглядом… ладно, в основном мою задницу) и где оказалась?
Теперь ни тебе спортзала, ни качка, ни романа.
Печалька.
«О, паучиха нарисовалась. Это которая Паулина. Запоминай, цыпа», — сказал дог, широко зевая.
Не знаю, как у него это получается, но я отчётливо слышала его голос.
Рыжая не спешила отрываться от хальдага, и собака продолжила вводную лекцию:
«Вот как надо территорию метить, а ты всё ерепенишься. Замуж она не хочет… Да всё ты хочешь! Все вы, девки, одного и того же хотите. А таких, как мой Мэдок, на свете раз, два и обчёлся. На всех точно не хватит. Это я тебе по-дружески говорю».
— Какая чудесная у вас собачка, — отметила я, вкладывая в голос как можно больше сарказма.
Мэдок, может, и не понял, но псина точно всё поняла.
— Собачка? — переспросил герцог. — Обычно её боятся.
— Что, правда?
«Ах ты ж хамка приблудная!» — гаркнула животина.
— Ты никогда его не любила! — негодующе подскочила на свои шпильки-ходули Вера.
— При чём здесь это?
— При том, что это ты сделала его несчастным, Лиза! С тобой он страдал. Это из-за тебя он уже два месяца ничего не пишет! Ты и только ты убила в нём вдохновение и желание творить!
— Желаю тебе его в нём воскресить. Вдохновение. Раз уж ты успешно справилась с воскрешением некоторых частей… одной конкретной части его тела.
Родин — художник. Другими словами, безработный лентяй, которому так замечательно живётся в моей квартире и на мою зарплату дизайнера.