Ирина

— Руслан Каримович, там в приемной какие-то дети, — заглядывает в кабинет секретарша с растерянным видом. — Что за дети? — разворачиваюсь к ней вместе с креслом, все еще мечтая о чашке крепкого эспрессо. Вилена мнется, и это на нее совсем непохоже. — Вам лучше самому посмотреть, — выдает она наконец. Удивленно приподнимаю брови. — Да что на них смотреть? Я что, детей не видел? Это наверное дети кого-то из наших сотрудников. Вы обзвоните отделы, может они заблудились. — Они говорят, что они...

- Ты много на себя берешь, Ракитин - прошептала я, не в силах вынести это мгновение обжигающей близости. - Только свое, - нахально усмехнулся, придвигаясь теснее. - Я старше и... - Плевать. - Ты работаешь на меня... - Плевать, - прорычал Саша мне в губы... Уверенный и дерзкий Александр Ракитин должен был защитить меня от угрозы. Но что, если самая большая угроза для меня это он? *** #запретные чувства, которые невозможно контролировать; #смертельную опасность, которая будоражит кровь;...

– Вера, а ну прекрати! Если ты не успокоишься, то мне придётся дать тебе сдачи! – выкрикнула эта сволочь в голубой рубашке, купленной мной же. – Не поняла. Ты что, угрожаешь мне? – Вера, ты умная, образованная женщина, ты вообще педагог, так что возьми себя в руки. Подумай, что сказали бы твои ученики и... – Глеб, ты издеваешься? Ты и правда думаешь, что в такой ситуации я думаю о своих учениках? Ты совсем... Тю-тю? Вроде бы я ещё не била тебя сковородкой по голове, чтобы ты нёс такую чушь. ...

– Скажи мне правду, Кирилл! – кричу на мужа, вырываясь из его стальных объятий. – Это ничего не значит, Оль, – вот так просто отвечает он, словно ничего страшного не случилось. – Любовница и сын? Это, по-твоему, «ничего не значит»? – Да. Между нами все останется как прежде. А Милу ты больше никогда не увидишь. Вот так в 50 лет я узнала, что муж не просто изменил мне в самый тяжелый период моей жизни, но еще и воспитывает ребенка от молодой любовницы. Он хочет все вернуть и забыть, а я...

— Аня, — выдыхает он. — Что ты тут делаешь? Что я тут делаю. Хороший вопрос. Стою в дверях гостиничного номера и смотрю, как мой муж застёгивает брюки, а моя лучшая подруга натягивает одеяло на колени. — Приехала к мужу, — отвечаю, и голос звучит чужим, будто на старой записи. — Хотела поговорить о срочных делах. Но вижу, у тебя уже есть дела. Срочные. Вика встаёт, подходит к стулу, где лежит её платье. Начинает одеваться, не глядя на меня. Движения спокойные, размеренные, будто она застала...

Надо аккуратно формулировать свои желания, это всем известно. Вселенная – тот еще педант и буквоед. А уж желания одинокой женщины «сорок чуть-чуть (мамой клянусь!) плюс» с кучей нерастраченной любви вообще обладают сокрушительной силой. Просила возможности любить кого-то? На, получи! Бездомный кот – раз. Выброшенный щенок – два. Мало? Тогда вот тебе еще до полного комплекта домовой. Или он – Леший? В общем, сама с ним разбирайся.

– Ты?! – восклицаю, встречаясь взглядом с татуированным засранцем с заправки. – Ты?! – вторит он мне, как послушное эхо. – Кусок идиота! – рычу, сжимая кулаки. – Истеричка! – припечатывает он, прищуриваясь. Я? С чего это я истеричка? С того, что он меня грязью окатил? От шока замираю, только воздух хватаю губами, а татуированный, вместо того чтобы свалить в туман, вдруг предлагает: – Садись, недоразумение, домой тебя отвезу. – Да иди ты к черту, водЯтел! *** Спасаясь от угроз...

– Я тебя бросаю! – чеканю я каждое слово. – Не глупи. Кто ты без меня? – кривит губы мой муж, еще не понимая, что проиграл. У нас сегодня юбилей. Фарфоровая свадьба. У нас сегодня день истины. День, когда рушится мир. У нас больше нет семьи. С тех пор как я узнала, что любимый муж мне изменяет, прошел всего месяц. Самый долгий месяц в моей жизни. Мне его хватило, чтобы восстать из пепла и перестать быть клушей. Ты разрушил мою жизнь – я уничтожу тебя. Все честно, дорогой!