На асфальте мелом были нарисованы классики. Надо же, кто-то ещё умеет в это играть? Их с Соней когда-то учила тётя Лёля. Алиса прыгнула на цифру "один" одной ногой, а потом на "два". Тоже одной. А на "три" и "четыре" уже двумя. Допрыгала до конца. Подумала, что в жизни тоже так. Что-то можешь сделать один. А что-то — только "двумя ногами". Двумя головами, двумя сердцами.
Независимость – другое название для одиночества, только и всего.
Не бывает любовь для себя только. Она вообще для себя не бывает. Вся для того, кого любишь…
Глупо горевать о том, чего нельзя изменить! Это стоит принять и оставить в прошлом...
У моего Отечества израненное сердце, но оно бьётся, болит и живёт.
Есть культура народная, есть культура дворянская, а посередке, между ними, — мещанская.
Мы были людьми той самой культуры «посерёдке», что не только не имеет исторических корней, но и не желает иметь их...
Годы в музыкалке и консерватории ради звездного часа для постоянных клиентов Пенсионного фонда!
Школа вообще удивительное место. Её не любят, но
ею живут. В ней страдают, кряхтят, зарабатывают
дёргающийся глаз, а потом всю оставшуюся жизнь
вспоминают с неистовой ностальгией. Сюда рвутся всеми
силами и в тоже время радуются каждому отменённому
уроку. Причём правило работает одинаково верно что для
детей, что для учителей.
Мужская любовь - это жертва, а женская - снисхождение. Если наоборот, это только мучение для всех.
Ну не может новое чувство прийти, пока живо старое! Негде ему угнездиться — место все еще занято.