Мои цитаты из книг
Так, у нас с тобой на выбор виски двадцатилетней выдержки – это если мы хотим нахрюкаться, как свиньи. И шампанское «Вдова Клико» – если мы хотим разыгрывать приличных. Ты чего больше хочешь, нахрюкаться или разыгрывать?
Алекс Шан-Гирей, писатель первой величины, решает, что должен снова вернуть себя и обрести свободу. И потому расстается с Маней Поливановой – женщиной всей своей жизни, а по совместительству автором популярных детективов. В его жизни никто не вправе занимать столько места. Он – Алекс Шан-Гирей – не выносит несвободы. А Маня Поливанова совершенно не выносит вранья и человеческих мучений. И если уж Алекс почему-то решил «освободиться» – пожалуйста! Ей нужно спасать Владимира Берегового – главу...
Мы живем исключительно для того, чтоб в сорок лет выглядеть на восемнадцать, а в восемьдесят на сорок.
Алекс Шан-Гирей, писатель первой величины, решает, что должен снова вернуть себя и обрести свободу. И потому расстается с Маней Поливановой – женщиной всей своей жизни, а по совместительству автором популярных детективов. В его жизни никто не вправе занимать столько места. Он – Алекс Шан-Гирей – не выносит несвободы. А Маня Поливанова совершенно не выносит вранья и человеческих мучений. И если уж Алекс почему-то решил «освободиться» – пожалуйста! Ей нужно спасать Владимира Берегового – главу...
Удача — это попытка обезличить дела богов...
Великий Змеелов мертв, орден повержен, мир оправляется от безумия гражданской войны. Наступившая зима заботливо укрывает землю снегом, пряча кровь и пепел, знаменуя начало новой жизни. Новую жизнь пытается начать и Норика Неро, старший офицер ордена, которую месть и ненависть к бывшим учителям привела на сторону их врага. Молодой король предложил ей возглавить школу, где получат приют выжившие змееныши. Норика мечтает найти успокоение в помощи детям, которых когда-то спасла. Но, может...
Никто не будет чествовать предателя, как героя...
Великий Змеелов мертв, орден повержен, мир оправляется от безумия гражданской войны. Наступившая зима заботливо укрывает землю снегом, пряча кровь и пепел, знаменуя начало новой жизни. Новую жизнь пытается начать и Норика Неро, старший офицер ордена, которую месть и ненависть к бывшим учителям привела на сторону их врага. Молодой король предложил ей возглавить школу, где получат приют выжившие змееныши. Норика мечтает найти успокоение в помощи детям, которых когда-то спасла. Но, может...
Кому что, а лысаму бантик...
Великий Змеелов мертв, орден повержен, мир оправляется от безумия гражданской войны. Наступившая зима заботливо укрывает землю снегом, пряча кровь и пепел, знаменуя начало новой жизни. Новую жизнь пытается начать и Норика Неро, старший офицер ордена, которую месть и ненависть к бывшим учителям привела на сторону их врага. Молодой король предложил ей возглавить школу, где получат приют выжившие змееныши. Норика мечтает найти успокоение в помощи детям, которых когда-то спасла. Но, может...
– В любом человеке можно найти что-нибудь хорошее, если хорошенько поискать.
– И в Адольфе Гитлере? – спросила Бодин.
– Ну, зато он провел для всего человечества на песке черту, пересекать которую больше не станет никто. И это хорошо.
На курорте в Западной Монтане найдено тело молодой женщины. Для Бодин убийство становится шикирующим напоминанием о старой потере. Двадцать пять лет назад ее тетя Элис бесследно исчезла, и теперь Бодин связывает новую трагедию с событиями прошлого. Внезапное появление Элис спустя годы должно помочь в раскрытии дела. Мрачная история, которую она расскажет, до сих пор преследует ее. Вместе с напарником Колленом Бодин проходит проверку на прочность, переживает тяжелые откровения и спешит...
"Сила мужчины – в его вере. Сила женщины – в ее слабости", – учила религия Единоверы. Моя же сила была в вере в то, что у меня нет слабостей.
Юная магичка Сайари Рисааль, переведясь из захолустья в столичную Академию Магии, думала, что ее жизнь изменится, но даже не догадывалась, насколько! Приехав из Южной Провинции по зову сердца, она угодила в омут жестоких игр. Ну что же, поиграем! Перво-наперво выжить и отвести угрозу от своего мира. Затем разобраться, что за ерунда творится в стенах Академии Магии и почему ее не оставляет ощущение, что эта ерунда творится... вокруг нее? А уже после – дела сердечные. И кто знает, быть...
Надежда есть всегда. Она существует до тех пор, пока не забили последний гвоздь в крышку вашего гроба. Даже если вы лежите на смертном одре, даже если вас жрут абберы… Помните, вы должны бороться!
Юная магичка Сайари Рисааль, переведясь из захолустья в столичную Академию Магии, думала, что ее жизнь изменится, но даже не догадывалась, насколько! Приехав из Южной Провинции по зову сердца, она угодила в омут жестоких игр. Ну что же, поиграем! Перво-наперво выжить и отвести угрозу от своего мира. Затем разобраться, что за ерунда творится в стенах Академии Магии и почему ее не оставляет ощущение, что эта ерунда творится... вокруг нее? А уже после – дела сердечные. И кто знает, быть...
День начался так себе. Будь моя воля, я бы попросила его выйти и зайти еще раз, проделав перед этим работу над ошибками.
Юная магичка Сайари Рисааль, переведясь из захолустья в столичную Академию Магии, думала, что ее жизнь изменится, но даже не догадывалась, насколько! Приехав из Южной Провинции по зову сердца, она угодила в омут жестоких игр. Ну что же, поиграем! Перво-наперво выжить и отвести угрозу от своего мира. Затем разобраться, что за ерунда творится в стенах Академии Магии и почему ее не оставляет ощущение, что эта ерунда творится... вокруг нее? А уже после – дела сердечные. И кто знает, быть...
Если что-то нас не убило, то пришла наша очередь догнать его и убить.
Юная магичка Сайари Рисааль, переведясь из захолустья в столичную Академию Магии, думала, что ее жизнь изменится, но даже не догадывалась, насколько! Приехав из Южной Провинции по зову сердца, она угодила в омут жестоких игр. Ну что же, поиграем! Перво-наперво выжить и отвести угрозу от своего мира. Затем разобраться, что за ерунда творится в стенах Академии Магии и почему ее не оставляет ощущение, что эта ерунда творится... вокруг нее? А уже после – дела сердечные. И кто знает, быть...