Каждый одинок. Кругом люди, но все равно человеку страшно.
Смерть — это восковая фигура в гробу...
Близость баптистского молельного дома должна бы придать тебе смелости, но этого не происходит, потому что дом не освещен, и сейчас он такой же холодный и бесполезный, как груда развалин.
Каждый человек для себя — один-одинешенек. Он — единица, единица, входящая в общество, но ему всегда страшно.
Выходит, человек, вырастая, не становится сильным? Взрослым живется не покойней? И нет никакого прибежища?
Дайте мне небо над головой, поля под ногами и реку рядом, и я счастливый человек.
- Нет ничего лучше толики здорового соперничества, причём там, где меньше всего ожидаешь, да?...
Разговоры при детях вообще вести не стоит, ну если не хотите, чтобы они дошли до кого-то другого. Дети странным образом запоминают всё, даже если не слушают. А потом выдают такую квинсистенцию, что хоть за голову хватайся.
...боль такая штука, она умеет отрезвлять от иллюзий.
Для дурного человека нет отдыха.