Я никогда не хныкал сам и не обращал внимания, если хныкал другой. Но она смотрела на все это иначе, и, я думаю, она права. Она уверена в том, что несправедливо, если один имеет больше, чем ему нужно, а десять тысяч разорены и оставлены без средств к существованию. Вот как она смотрела на вещи и, мне кажется, видела кое-что поважнее долларов.
Бизнес – жестокая игра. Здесь слабый погибает.
В основе серьезнейших выводов порой лежат сущие мелочи.
Некоторым из вас, богачей, надо бы зарубить себе на носу, что есть вещи, которые не купишь за деньги.
Во всем надо искать логику. Где ее недостает, надо подозревать обман.
Всегда находятся чудаковатые. Без них жизнь была бы скучна.
Я играю ради самой игры.
В собаках как бы отражается дух, который царит в семье. У злобных людей злые собаки, опасен хозяин — опасен и пес. Даже смена их настроений может отражать смену настроений у людей.
Есть что-то, что жители городов утрачивают безвозвратно — традиции, поверья, умение ощущать ту тонкую грань мирного сосуществования с природой, которую учишься не пересекать с раннего детства. А еще четкое осознание того, что природа лечит, помогает, направляет, поддерживает… стоит только стать чуть внимательнее, и ты увидишь траву, которую едят больные волки, ягоды — которые никогда не попробует ни одна птица, потому что те ядовиты, листья, на которые ложатся олени и косули, подраненные хищниками.
— Ты мне право первой ночи задолжала, любимая! И детей, штук пять.
— Обязательно поцелую тебя все пять раз, — заверила я его, не упустив возможности съязвить даже сейчас. — А потом уже сам разбирайся, где наших детей искать — у аистов, в капусте, или, еще где-нибудь там, во всех местах, что не противоречат изученной мною, а не тобой, теории зачатия.