В каждой избушке свои погремушки, в каждой стране свои национальные особенности.
В каждой женщине обитает непознанное.
Понял, не дурак… Был бы дурак – не понял.
– Ты меня еще поучи! – мигом вызверилась на него Стелла... – Тебе слова не давали!
– Я тут хозяин! – и не подумал тушеваться подъездный. – Дом этот под моей защитой, так что пужать меня не следует! Сейчас обчество кликну, от тебя одна шерсть останется!
– Шерсть? – заинтересовался я, вставая с табурета. – Это вряд ли, Анисий Фомич. Стелла Аркадьевна дама прогрессивная, за собой следящая, так что эпилируется, полагаю, с завидным постоянством. Разве что на совсем уж интимных местах какую особо изощренную стрижку имеет, да и то не факт. Нынче в тренде…
Все когда-нибудь приходят к богу.
А в борьбе нет друзей. Там есть те, кто идет рядом с тобой, и те, кто идет против тебя. Причем время от времени первые становятся вторыми, но вторые, как правило, никогда не переходят в разряд первых.
Там, где дружба и симпатия заставляют отдать последнее, политика велит воткнуть нож в спину и провернуть, чтобы урона больше нанести.
Воистину в отношении людей, к которым мы неравнодушны, у нас отшибает рассудок.
Жизнь слишком хороша, чтобы тратить ее на переживания
– Милая, – заявил он неподражаемо торжественным тоном, – мир не видел большего подкаблучника, чем я. Тебе всего лишь надо меня слушаться.