Мои цитаты из книг
Самый волнующий момент сочинительства — это когда ваши персонажи завоевывают автономию и изъявляют желание делать вещи, которые вы не планировали.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
Начинаешь ради удовольствия, но в конце центром твоей жизни становится твой порок.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
Сочинительство никогда не было для меня развлечением. В него уходишь с головой. Флобер называл это особым способом жить.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
Написать один роман не очень трудно. Изнурительно другое — писать романы один за другим. Для этого нужна особая одаренность, несколько отличающаяся, конечно, от простого таланта.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
Чтобы ни болтали романисты, они не любят, когда их персонажи приставляют к их горлу нож.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
Меня страшило то, что я могла узнать. Это был страх узницы перед выходом из пещеры, когда она осознает, что прозябать в темноте удобно, что свет сулит страдание.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
Участь людей — жить в невежестве, в плену ложных представлений, в пещере, ослепленными ухищрениями интриганов, создающих иллюзии, которые они принимают за истину.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
Многие сочинители знают о принципе драматургии под названием «чеховское ружье»: если в первом акте на стене висит ружье, учил русский драматург, то во втором или третьем акте оно непременно должно выстрелить.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
На тротуаре сгрудились два десятка журналистов. Стервятники, крысы, гиены — неизменный зверинец, регулярно собирающийся в надежде попировать на трагедии.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...
— Чтобы вы ни предприняли, финала истории вам не изменить.
— Я писательница, финал определяю я сама.
— В своих романах — может быть, но не в реальной жизни. Писатели силятся управлять миром, но мир иногда сопротивляется.
С известной писательницей Флорой Конвей происходит страшное – однажды после игры в прятки из ее квартиры в Бруклине бесследно пропадает маленькая дочь Кэрри. У полиции нет зацепок и версий. После долгих месяцев тревожного ожидания и странных совпадений сломленная горем Флора начинает подозревать, что за всей этой историей стоит некто, продумавший преступление до мелочей. За океаном, в Париже, разбитый жизненными неурядицами и гриппом, романист Ромен Озорски замирает перед мерцающим голубым...