У каждого из нас есть прошлое... Оно не повод для гордости или сожалений, оно просто есть
прошлое тем и ценно, что его время уже прошло
Никакая прическа и стрижка не могут заставить меня разлюбить мою девочку.
Может быть, волосы на моей голове и можно пересчитать, — продолжала она, и ее нежный голос вдруг зазвучал серьезно, — но никто, никто не мог бы измерить мою любовь к тебе!
Она достала щипцы для завивки, зажгла газ и принялась исправлять разрушения, причиненные великодушием в сочетании с любовью. А это всегда тягчайший труд, друзья мои, исполинский труд.
Волхвы, те, что принесли дары младенцу в яслях, были, как известно, мудрые, удивительно мудрые люди. Они то и завели моду делать рождественские подарки. И так как они были мудры, то и дары их были мудры, может быть, даже с оговоренным правом обмена в случае непригодности. А я тут рассказал вам ничем не примечательную историю про двух глупых детей из восьмидолларовой квартирки, которые самым немудрым образом пожертвовали друг для друга своими величайшими сокровищами. Но да будет сказано в назидание мудрецам наших дней, что из всех дарителей эти двое были мудрейшими. Из всех, кто подносит и принимает дары, истинно мудры лишь подобные им. Везде и всюду. Они и есть волхвы.
- Делл, - сказал он, - придется нам пока спрятать наши подарки, пусть полежат немножко. Они для нас сейчас слишком хороши. Часы я продал, чтобы купить тебе гребни.
Расходы оказались больше, чем она рассчитывала. С расходами всегда так бывает.
Сильный партнер не нуждается в подавлении женщины, в ее унижении, он не радуется слезам партнерши и способен ради мира в семье признать свою вину там, где ее и не существовало. Умный состоявшийся мужчина, занятый своим делом, не вымещает свои неудачи на жене. Он правильно оценивает свои косяки, исправляет их, считает собственные провалы уроком, не наступает многократно на одни и те же грабли. Крики «Ты сама виновата!» издают эгоисты с сильно развитым комплексом неполноценности, они всегда винят в собственных неудачах кого угодно, кроме себя, любимого.
Беседа идет спокойно, потому что никто из ее участников не настаивает на собственной правоте, но каждый хочет нащупать правильный путь решения проблемы.