Оксана

— Она, в отличие от тебя, сможет родить мне ребенка. И мне с ней лучше. Во всём. — Муж холодно выделяет последнюю фразу. Немею. — Неужели ты готов променять годы нашего брака на эту дешевую подстилку в мини юбке?.. — Я собираюсь жениться на ней, Ань. Уже предложение сделал. А с тобой, с тобой все кончено. Я подал на развод. Машина медленно тормозит. — Выходи. — Равнодушно. — Здесь?.. — Здесь. — Повторяет. — Кому ты нужна такая? Бракованная. Пустая. И через минуту я уже стою на обочине...

– Чей это пацан?! – орёт не своим от злости голосом мужчина, сжимая в огромном кулаке футболку моего сына. «Твой», — хочется выплюнуть ему в лицо. Но я молчу. Потому что мужик в бешенстве — мой бывший, Илья Кравцов. Тот самый, кто много лет назад сказал по телефону, что полюбил другую и бросил меня беременную. А теперь жизнь свела нас снова. Что с лицом, милый? Не ожидал, что буду лучше и краше с годами? Так что теперь не ходи за мной. Не смотри волком. И не пытайся вернуть...

— Без моей фамилии ты никто, Варя. Муж говорит это в день нашей годовщины. А в моём кресле уже сидит его любовница — молодая, уверенная и готовая забрать не только его, но и мой проект. Они вычеркнули моё имя из презентации. Переписали мою работу на другую. Положили передо мной документы на развод и соглашение, по которому я должна отказаться от всего. Только Денис забыл одну вещь. Я десять лет строила его успех. Я знаю, где держится его бизнес. И я больше не собираюсь быть тенью мужчины,...

— В документах стоит твоя подпись, — басят наши новые начальники, глядя на меня. — Да, но… мы и раньше так делали. Честное слово... Я не знала, я ничего не брала. Они мотают головой. Не верят. — То есть... Того конверта, который мы оставили, было недостаточно? Они смотрят внимательно. Помнят. Все, что между нами было помнят. Но кое-что они не знают. То, что они оставили не только конверт, но и кое-что гораздо важнее и ценнее денег. И я не собираюсь им так просто рассказывать этот секрет.

– Вы сказали, между нами все кончено, – проговариваю, обнимая себя руками. – Передумали. – Мы так не договаривались. – Договоримся еще раз, – они переступают порог квартиры, а я прислушиваюсь к шуму за спиной. Там, в глубине квартиры, находится тот, о ком они ни при каких обстоятельствах не должны узнать. – Сколько надо заплатить? – спрашивают нагло. Они привыкли за все платить, а я больше не нуждаюсь в деньгах и хочу все забыть. Только они, кажется, против.