Jul

О любви, которая не спрашивает, когда и как приходить.

Ирина и Сергей достаточно долго пытались спорить с судьбой, но проиграли этот спор.

Эмилия и Алан с юности любят друг друга, однако женщина то появляется в жизни мужчины, то вновь исчезает. Вот и на этот раз: стоило ему успокоиться и смириться с тем, что он будет жить без Эмилии, как она появилась практически на пороге его дома. С чем пожаловала?

Как всё сложно... Слишком сложно. За что ей это всё сейчас? За то кратковременное безрассудство? За ту страстную ночь, проведённую в санатории? Но ведь они ни в чём не провинились тогда. Судя по всему, Дима тогда говорил чистую правду: он разведён, и дети по-прежнему приезжают к нему на каникулы. Ирина тоже тогда уже больше года была одна. Они ни перед кем не виноваты, и ни у кого ничего не украли. Или она теперь будет пожинать плоды своего бегства?

Когда-то Григорий стал моим первым мужчиной, а я любила его и мечтала провести рядом с ним всю свою жизнь, посвятить себя ему, родить от него детей... Однако у Горячева был свой взгляд на ситуацию, в соответствии с которым я стала лишь мелким эпизодом. Моя жизнь осталась при мне, оказалась невостребованной, и я распорядилась ею по-своему: решила доказать Грише, что он не прав...

Пытаясь подчинить своей воле непокорную дочь, Валентин Николаевич Погудин создаёт для неё кажущуюся безвыходной ситуацию. Заботливый отец учитывает почти всё, кроме главного — любви, которая только сама выбирает, к кому и когда прийти.

- Ну вот вам и пример! Нет в жизни ничего невозможного, - горячо подхватила Алиса. - И вы встретите счастье! - Буду тебя ждать, ясноглазая. - Он откинулся на спинку стула. - Как разведёшься, приезжай. Адрес в документах есть. - Я не разведусь. Мы с мужем любим друг друга. - Посмотрим, - загадочно проговорил Глеб. - Я верю в удачу. - Вы желаете мне развода? Что я вам плохого сделала? - не выдержала Алиса. - Счастья тебе желаю. Ты же мне втираешь, какой я подарок. Вот и хочу...

Хлопнула дверца, и к Наде подошёл высокий, даже её чуть выше, молодой человек. С улыбкой и явным удовольствием незнакомец осмотрел Надю, откинул со лба тёмно-рыжие волосы. — Вижу, у вас проблемы? — голос у него оказался очень приятный, насмешливый. — Да, машина сломалась. — Знаете, — снова улыбнулся он, обнажив ряд ровных зубов, — я должен, наверно, сказать, что всё сейчас решу… Но я не разбираюсь в ремонте машин. Могу только открыть капот, почесать в затылке и сказать: «Даааааа…проблема…». ...

Саше хотелось, чтобы он пытался разубедить её, уговаривал, увещевал. Пусть бы посмеялся над ней или даже наорал, хотя никогда не позволял себе такого. Но он демонстрировал только бесконечную усталость. — Сначала даже думала, что у тебя кто-то появился, — продолжила женщина. — Но потом поняла: нет. Ты просто устал. Просто стал ко мне равнодушен, разлюбил. — Саша, нам не по семнадцать лет, чтобы каждый день клясться в вечной любви. — Ты мне и в юности не клялся, да я и не требовала никогда. А...

— Даня, я просила не лгать и не щадить меня? Просила. В чём дело? Кого ты хочешь обмануть, — меня или себя? Ты никогда бы даже не задумался о подобном, не имея на примете подходящей кандидатуры. Скорее, я поверю в то, что сначала появилась кандидатура, а потом — идея. Так? — Так, — Даниил опустил голову. — Но я не изменял тебе, клянусь чем угодно. — Физически не изменял. А духовно — давно, скорее всего, ещё до поездки. Вижу, что права. — Оля, с одной стороны, ты почти всё знаешь, и понимаешь...