Дайкар пошевелил эльфийскими ушками, чем тут же отвлек мое внимание. Я заценила. Ему и правда шло.
– Вы уходите? – Да! – Я повернулась и гордо подняла голову. – Я покидаю замок. Мне противно даже думать, что вы могли себе позволить прикоснутся ко мне. Синие глаза императора стали алыми. В воздухе запахло жареным. В прямом смысле. Оттого что лойд поднялся, взял в руки яблоко, и то запеклось в его ладони.
Дверь открылась, тяжело скрипя. Сразу за ней обнаружилась лестница, спиралью уходящая вниз. Может быть, любая другая леди и засомневалась бы. Но я–то ведьма! Я ж от любопытства умру! Что там внизу? Не зря же я столько шла? Мне очень–очень туда надо! Куда – туда, понятия не имею. Но надо.
Ракрахи не влюбляются и не заводят исстер. Но если вдруг у них появляется ирей, то она принадлежит только им. Они мир перевернут ради той, которая сумела покорить сердце и зажечь сладостный огонь. А то, что ТийрРи моя ирей, я уже не сомневался.
Никто не должен отвечать за грехи родителей.
Никогда и никому не доверяй. Особенно жизнь.
Нежить, все это время находившаяся рядом со мной, разом переглянулась и шустренько кинулась в лесопосадку. Трусы!
– Адептка Миа, – в голосе декана появилось раздражение, – вы можете не задавать вопросов? Первое правило бойца – беспрекословно слушать своего командира. Командир на факультете – я! Я сказал, плюйте вниз. Да чтоб вас… Адептка Миа! Я приказал вниз!
Мое желание сейчас одно, чтобы ее величество провалилась на этом самом месте. Как можно глубже. В ад, к чертям на сковороду.
Вышло как-то неестественно. Будто мы плохие актеры неинтересной сцены.