— Так, девочки! — скомандовала ба. — Скорее в карету! Нужно узнать, что случилось, первыми. Иначе потом будем слушать только чужие домыслы.
Чувства прошли, желание угасло — такое случается у всех.
«Ай-яй-яй! — вздохнул Гугл, когда бегом уселась за свой стол и сгребла разбросанные Гленной бумажки в кучу. — Подслушивать нехорошо!»
— Если для дела нужно, то можно! — парировала я.
Интересно, если я попрошу Гугла нагадить ему в обувь, он согласится?
«Нет, ну только ты могла придумать фамильяру такое неподобающее применение! — сразу возмутился тот. — Хотя… я подумаю».
Лучшая сумочка это декольте.
Сеять разумное, доброе, вечное — всё равно, что сеять пшеницу, картофель, горох.
Выживет сильнейший.
Мама Лиля мысленно прокляла себя, и свои ценные инициативы. Кто ее дернул за язык вспоминать о детских проказах? В том числе, как они когда-то поймали ужа, покрасили гуталином и выдавали за гадюку? Лучше б рассказала, как их за это выдрали!
Неделю задницы горели!
– Дитя мое, если человек тебе не нравится, это не повод его убивать.
– А помучить? – уточнило милое дитя.
Лиля взглянула на барона с неудовольствием. Если кто-то думал, что она простит…
Ха!
Она просто пока отомстить не может, а прощать она и не собиралась.
– Ох, дитя, вам угрожали? – насторожилась женщина, догоняя воспитанницу.
– Хуже! – фыркнула Вивьен. – Надо мной насмехались.