Ведьмы — существа злопамятные и очень любящие власть, — изображая лучшую подругу, начала я душевный рассказ. — Но больше власти они любят месть! Годами могут ждать момента, чтобы удачно отомстить. Ибо делать это надо со вкусом, стараться как никогда, чтобы тот, кому ты мстишь, запомнил тебя надолго. А хорошо бы, и вся его родня, до пятого колена. А то неудобно получится, если к делу подойти без души.
— Двадцать семь лет, не замужем… — продолжил цитировать мое резюме Борис Андреевич. — А собираетесь туда?
— Куда, простите? — я сделала вид, что не поняла.
— Замуж.
— Вполне возможно… — уклончиво ответила я.
— Детей планируете?
— Я думаю, что практически любая женщина в моем возрасте планирует детей. Другое, дело, что планы — понятие растяжимое, а в таких вопросах могут еще и не сбыться. Не все зависит от одного желания.
Земля? — дама нервно глянула на дверь.
— Вода? — брякнула я в ответ первое, что пришло в голову. Ибо я уже совсем ничего не понимала.
— Я спрашиваю, вы из мира Земля? — взвилась дама.
— Вы хотите сказать, планеты? — вкрадчиво уточнила я. — Да, планета Земля, Солнечная система, галактика… Не знаю… — кажется, у бедной женщины помрачение рассудка. И спорить в такой ситуации нельзя.
...за того, кого любишь, переживаешь в сотни раз больше, чем за себя.
И пусть даже сейчас я отчётливо понимаю, что будь я старше, приняла бы иное, правильное решение, но на то молодость и безрассудна, чтобы следовать велениям сердца!
— Вы готовы, Ариэлла? — А это что-то меняет?
– Реально все, во что мы способны поверить,
Истинные леди с возрастом обретают то невероятное, что сводит с ума каждого мужчину — женственность. В каждом движении, в каждом взгляде, в изящном повороте головы, в пленительной округлости тела. Такая женщина умеет брать и отдавать, у нее нет сомнений, нет ограничений, она раскована в постели, знает, чего желает, и уверенно берет желаемое.
— О таких людях как вы, обычно пишут в истории.
— Такие люди как я обычно пишут историю, — парировал лорд оттон Грэйд.
— Вы пишите кровью, о вас пишут чернилами...
Наивно надеяться на честность кота, оставленного наедине с кувшином сливок. Вы — очаровательный кувшин вкуснейших сладких сливок, я зверь, коему никто не помешает насладиться ими сполна.