«Можно же засыпать в одной постели с человеком, которого любишь, но при этом каждый раз перед тем, как уснуть, мучиться от мысли, что уже завтра ты можешь навсегда потерять этого человека, что никогда больше вы не заснёте вместе. Счастье — хрупкая и непостоянная штука, когда так много зависит от одного лишь человека в твоей жизни. Понимаешь, если ты не наивный идиот, то, имея любовь, ты живёшь в постоянном страхе её потерять. Чем не вечное мучение?»
«Но, знаешь, если сравнивать влюблённость с погружением в море, то я не захожу дальше того, когда вода мне по пояс. А любовь настоящая, любовь, за которую умирают, любовь, ради которой живут, начинается там, где ты уже не достаёшь стопами до дна».
«Она думала о том, как мало порою бывает просто любить кого‑то. Ведь в моменты, подобные этому, какой сильной бы ни была твоя любовь, её всё равно недостаточно. Её всегда недостаточно».
«Знаешь, один классный фотограф как‑то сказал, что когда ты фотографируешь людей на цветную плёнку, ты фотографируешь их одежду. Но когда ты фотографируешь людей на чёрно‑белую плёнку, ты фотографируешь их души».
«Только представь, как это — быть человеком, с которым никто бы не хотел умереть».
«Мы кончаем жизнь в аду потому, что не в силах простить себя».
«С такой девушкой тебе не светит умереть раньше времени. Если опустишь руки ты, за твою жизнь придётся сражаться ей. И поверь мне, уж она точно справится лучше тебя».
«Наверное, это одна из самых выдающихся черт, объединяющих человечество, — все мы порою только и делаем, что пытаемся продержаться до рассвета».
Кто же знал, что отец перед смертью завещает меня какому-то бандиту. Да, он красив, опасен и чертовски сексуален — но я не из тех, кто упадает к его ногам. Он не привык слышать „нет“
«Что это?» — голос едва выходит, сухой, срывающийся.