Как только отцу стало лучше, Рома сделал мне официальное предложение. Папа раздумывал целую минуту, пока я не начала нетерпеливо бубнить за его спиной: «Быстрее, пап, вдруг он передумает! Что я буду без него делать, если передумает?!» После чего все засмеялись, и разрешение жениться Роман получил.
С господином Пашотом они отлично договорились. Тот неплохо научил основам – как, случись что, управляться с животными, как с людьми, а как – с нежитью. Бешеные собаки на городской свалке, там же – пара волков зимой, и ещё кое-кто по мелочи. Нежить водилась в ассортименте на древнем кладбище, которое даже и не кладбище, а вовсе некрополь, там тоже тренировались. С людьми оказалось сложнее всего – и господин Пашот поднял связи в Легионе, чтобы Грифона взяли в реальную операцию и разрешили показать, что к чему. Показали. Дело нехитрое, умеючи-то, а Грифон теперь умел. Правда, тут же и объяснили, чтоб не вздумал пользоваться в быту – потому что прилетит так, что мало не покажется. А если захочет – то после колледжа вперёд, на службу, в Легионе некромантам всегда рады, работа есть.
– В дом господа заглядывают по разным причинам, – нравоучительно изрек он и принялся цитировать: – «Вхожу в мечеть, в час поздний и глухой, не с жаждой чуда я и не с мольбой, когда-то коврик я стянул отсюда, а он истерся, надо бы другой». Омар Хайям.
И было горько. И было легко. Моя судьба в двух словах обрела смысл и силу.
Максим ощутимо поколебался, прежде чем мне ответить.
— Можешь. — Он резко вздохнул. — Вызови такси, пожалуйста, у меня даже телефона нет.
Комментарии я оставила при себе. Хотя, конечно, хотелось задать десяток вопросов и немного поехидничать на тему прекрасной Катюши, выставившей мужика на лестницу в одной футболке и без телефона.
Ведь даже свобода — не цель сама по себе, это лишь необходимое условие для достижения цели.
- Лиза, у меня к тебе два вопроса и одно предупреждение.
- Что?
- Давай по порядку. Первое. Где моя веснушка, что ты с ней сделала, у? Уверен, я буду по ней скучать, - заглядывая под футболку, - где твои веснушки Лиза? Это возмутительно, - целуя место, где год назад была веснушка – вкусно.
- Второе. У тебя есть какие-нибудь потребности, прямо сейчас? Есть? Пить? Туалет? Позвонить? Ну… вот я принес тебе завтрак, думаю, поесть все же надо, Лиза. Ешь.
Что же ты так похудела… маленькая…
Не знаю, что хочу больше — отвесить пощёчину или впиться в его губы поцелуем.
— Тогда я тоже должна бы желать отомстить тебе, — Лита вздохнула и повела крылом. — Но это чёрное чувство. Не стоит впускать его в сердце.
память пока ещё есть. Пока.
Поэтому я спешу записывать. Самое время оставить нашим детям записи, которые мои братья и сёстры в шутку называют «Летописями Ванильного Некроманта».
Ванильный Некромант — это я, Теренций Августус Восьмой. Меня прозвали так, потому что, когда я занимаюсь некромантией, то не могу избавиться от переживаний. Печаль и тоска начинают одолевать меня, и иногда я даже плачу. Впрочем, слёзы или плохое настроение — небольшая цена за чью-нибудь жизнь. Не так ли?