...никогда не стоит разубеждать мужчин, что без них здесь бы никак не справились, это я вам точно говорю. Это такая общежитская мудрость. Девочки в своей комнате на самом деле отлично самостоятельно забивают гвозди, выкручивают, где надо, шурупы и вкручивают лампочки, а под кроватью у них наверняка найдется ящик с отвертками и пассатижами. Но если забредет в девичью светелку какой ни на есть мужчинка, у всех девочек сразу лапки и очень важно смотреть на мужчинку с благоговением. Не то он будет чахнуть и чувствовать себя ущемленным, никому не нужным и бесполезным.
Мне всегда казалось, что для брака должно быть больше причин, чем сердечная привязанность. Влюбленность проходит, а брак длится очень долго. Иногда намного дольше, чем любовь. Поэтому когда она уйдет, должно остаться что-то еще. Уважение, общие взгляды, преданность…
Любить значит радовать кого-то, радоваться вместе с ним, чувствовать боль, когда больно ему. Но еще любить значит уважать. Не насиловать, не удерживать, дать свободу и знать, что выберут тебя и останутся рядом по собственной воле.
Жизнь не так уж и длина, и если жить ее по правилам, можно никогда не узнать, как она прекрасна.
Это ей папенька ещё говорил — мол, всем тебе человек люб может быть, а ты, дочка, на него в четырёх случаях смотри. На неправедно обманутого, на неурочно разбуженного, на мертвецки пьяного и на жующего.
Вы думали, будто я предложу план бегства или даже спасения мира? Уже мните себя героем? Так я скажу Вам, Кэл. Герои гибнут первыми. И обычно очень глупой смертью. Их потом просто удобно объявлять таковыми. Героизм сродни идиотизму.
...Да, я не потомственный аристократ. Я родился торговцем в пятом поколении.(...)
— Я треть жизни потратил на то, чтобы соответствовать тому, кем стал, а не тому, кем родился. Манеры, правила, щепетильность — всё это не врождённое. Это — завоёванное. Я не впитал это с молоком матери. Я к этому пришёл. И принял всем сердцем. Из уст сына торгаша вам это может показаться смешным… Но честь и репутация — это единственное, что у меня есть. И я всю жизнь положу на то, чтобы твёрдо следовать своим принципам. Ибо нет измены хуже, чем измена самому себе. Я не могу предать то, во что верю.
...высота никогда не поступит с тобой так подло, как это может сделать женщина. Максимум — убьёт или оставит инвалидом, а это такие мелочи…
Раньше ты меня изо всех сил избегал, а теперь не отлипаешь со своими подначками. Совсем как мальчишка, которому нравится девочка, но он не умеет этого выразить иначе, чем дёрнуть её за косичку.
— За твою косичку не дёрнуть — просто преступление против инстинктов.
Вот поэтому я и не связываюсь с женщинами. Ничего не сделал — претензии. Что-то сделал — претензии, что сделал не так. Сделал так — претензии, что мало или не вовремя.