Харитонович Лана

Что будет, если женщина-историк вдруг окажется в ином времени и рядом с людьми, жизнь которых изучена ею, казалось бы, до мелочей? Ничего хорошего, потому что в первую очередь придется спасать себя — предшественница натворила дел. Виновато глупое девичье сердце, но ведь безо всех этих розовых соплей можно обойтись? А знать историю все-таки полезно. И чтобы выжить, и чтобы предотвратить нехорошее. Петергоф, Смольный институт, Вюртемберг, Санкт-Петербург... середина XIX века... попаданка в тело...

С таким характером - саблю в зубы и на пиратский корабль, а не вживаться в роль нелюбимой жены. Воевать со средневековой антисанитарией, мужем, оказавшемся личностью незаурядной и авторитарной, и его любовницей - слишком мелко и не стоит того... Во всем должен быть смысл и в попадании тоже, но он откроется только по возвращении домой.

— Подпиши, Алиса. После развода ты никто. Мой муж сказал это спокойно. Почти равнодушно. Будто десять лет брака, двое детей, дом, который я собирала по кирпичику вместе с ним, и жизнь, отданная его успеху, можно перечеркнуть одной подписью. Кирилл уже все решил. Дом остается ему. Бизнес — ему. Деньги — по его усмотрению. Мне — квартира, компенсация и благодарность за то, что когда-то была удобной женой. А дети, по его мнению, должны жить там, где стабильность. То есть с ним. Он забыл только...

– За что, Седрик? За что? - всхлипывая и дрожа от шока и боли, взмолилась я, пытаясь в некогда любимых глазах отыскать хотя бы тень былых чувств. – Не стоило тебе грозить разводом, дорогая моя, - цинично усмехнувшись, тихо произнёс муж. – Неужели ты думала, что я позволю опозорить мой род семейными дрязгами? Ты опорочила мою честь, детка. И теперь ты умрёшь. В тот день я должна была погибнуть, но очнулась на незнакомом острове. Уютные дома, ухоженные земли, дети и… ни одного взрослого. Мне...

Если мир Земли вытолкнул тебя, как ты воспользуешься вторым шансом? Будешь жить полной жизнью или предпочтешь, как и раньше, прятаться в скорлупу? Будешь строить отношения с неидеальным мужчиной или сбежишь без оглядки? Поймешь, что жить нужно здесь и сейчас, заполняя дни работой, семьей и счастьем? Или снова спрячешься в хрустальную башню?

Попаданка из нашего мира в средневековье, на место стычки двух армий -- беззащитная добыча сильного или... Или же она окажется достаточно сильна, чтобы приручить милорда? Спокойная и тихая /ну, почти/ бытовая история. *чужой мир *вынужденный брак *быт и развитие *любовь и доверие

— Ты калека, Нортан! А я так молода! Я хочу развестись с тобой! — кричала супруга генерала. Нортан Харддрэй в свои тридцать — калека, который едва может передвигаться в инвалидном кресле. Генерал изуродован и ослаблен. Хотя некогда он был опасным, стремительным и беспощадным. Я в свои почти двадцать — дважды вдова. Я не терплю мужских прикосновений и всё детство провела в подвале. От генерала отвернулась семья. А моя была ко мне безжалостна. Моя задача — поднять его на ноги, чего бы мне...

Убийства в Левенсберге – редкость. А чтобы сразу несколько? Погибает библиотекарша, погибает бывший начальник бюро магстата, и Элисон неожиданно для себя оказывается замешана в расследование. Может, и не полезла бы она никуда, но ударить ее по голове? Портить книги? Поджигать памятники архитектуры? Это непростительно! А уж что эти негодяи в горах устроили! Даже коты взвыли. Хором! Им такое не нравится, а значит, никаких довернских наемников в горах и не будет! Вот есть...

— Что здесь происходит? — я стояла на пороге спальни и во все глаза смотрела, как муж трогает руками мою обнаженную сестру… А они в ответ — рассмеялись! — Ну что, ты, глупая, придумала? Алена хочет сделать операцию. Кто если не я ей подскажет? *** Мой муж — ведущий пластический хирург. Так уж вышло, что его работа — смотреть и трогать обнаженные тела каждый день. А меня эта мысль сводит с ума. Засиделась в декрете? Ведь я тоже врач! Должна все понимать... Или мои страхи и опасения не...