Врать детям – проявлять собственную слабость
Правду говорят, когда женщина все сделала по дому, налепила пельменей и еще успел сходить на маникюр - значит, у нее температура тридцать девять, а если мужчина пишет завещание - значит у него тридцать семь и пять.
Это очень хорошая манипуляция. С одной стороны подсказать противнику, куда собираешься ударить, а с другой - демонстративно спрятать меч в ножны. И пока обманутый будет изо всех сил сооружать защиту вокруг указанной мишени - враг нанесет подлый смертоносный удар туда, куда никто не ожидает. В самое уязвимое место.
Я никогда не осуждала людей за то, что они живут так, как хотят. Ну разве что раньше, когда была еще очень молодой и зеленой максималисткой. Пока наш профессор по общей психологии однажды не сказал о главном принципе психики: то, что нас раздражает в других людях, есть в нас самих, и мы хотим жить так же, как они, но по какой-то причине не можем и поэтому злимся. Грубо говоря, осуждая человека за то, что он ложится пораньше спать, а не торчит до полуночи у мойки с посудой, мы сами хотели бы точно так же «забить» и полениться, но не можем - потому что мучает внутренний стыд, убивает внутренний перфекционист. Ну или у свекрови есть свои ключи - и она может явиться с ревизией без предупреждения даже в три часа ночи.
После тех слов я очень пересмотрела своей отношение к чужим недостаткам. И жить стало проще, спокойнее и тише.
- Мне жаль, что ты воскрес только для того, чтобы вспоминать былые обиды и упрекать меня давно забытым прошлым вместо того, чтобы хоть раз в жизни сделать что-то стоящее.
Насчет последнего - просто ткнула пальцем в небо. Но ведь всех бывших в той или иной степени можно обвинить в «нежелании действовать» или «неспособности что-то менять». Это универсальный аргумент.
И раз Анвиль - единственная доступная мне «защита», я готова на все, чтобы ее заполучить. Даже если ради этого придется ударить по самому больному мужскому месту.
Нет, не туда.
По честолюбию.
Первое правило, которое знают все шизофреники - нельзя отрываться от реальности, и если что-то выбивается из общего порядка - нужно поскорее найти признаки того, что это просто галлюцинации.
...мужчине, чтобы считаться красавцем, достаточно быть чуть красивее обезьяны...
все, что мы видим во сне, наш мозг «монтирует» из событий трех предыдущих дней.
Не всем в жизни выпадает красивая и настоящая любовь как в романтических фильмах девяностых. Кто-то должен залипать в токсичных отношениях, чтобы не оставлять без хлеба всю братию мозгоправов, коучей и прочих любителей «за очень дорого» учить жизни.
Иногда жизнь дает лишь видимость выбора, хотя ответ с самого начала очевиден.
...если очень захотеть, можно и горы свернуть. Была бы сила и мечта.
Господи, это настоящая пытка, видеть его вот таким: одновременно и горячим, желающим, требовательным – и бесконечно нежным, осторожным, словно он собирался прикоснуться к бабочке и не стереть пальцами ни одну грань рисунка на ее крыльях.
"С разумным человеком всегда можно договориться, а дурака не грех и облапошить",... шепчет мне в самое ухо Аврора.
"Прошу тебя, люби всех, стоя у меня за спиной, а не наоборот. Мне так будет спокойнее".
«Самоотверженную глупость» нужно внести в цитатник, как описание мотивов почти всех женских поступков.
...деньги не имеют никакой ценности, если за эти деньги не можешь сделать совсем ничего.
Все же нужно отдать ему должное, он не подвержен классическим мужски манипуляциям вроде «догнать и схватить», «грозно рычать», «угрожать поиметь» и все такое прочее. Понятия не имею, что там в голове у женщин, которые считают такое мужское поведение «романтичным и милым». Меня от таких экземпляров откровенно воротит. Я, черт подери, не вещь, чтобы кто-то норовил прилепить на меня штамп своих больных маскулинных фокусов.
— Марго, вы ревнуете.
— Нет, - быстро отмахиваюсь от неприятны мыслей о том, что его предыдущая фраза прозвучала так, будто он собирается записать в свой список любовных побед еще минимум десяток имен.
— Я утверждал, а не спрашивал.
Лунник протягивает ладонь и легко проводит пальцем у меня между бровями. Едва касается кожи - а у меня щемит где-то за ребрами и хочется достать эту неугомонную мышцу, которая называется сердцем, и покрепче ее сжать, чтобы не скакало как угорелое.
Можно сколько угодно докапываться до истоков той ситуации и искать крайнего, но, когда женщина попадает в неприятности - мужчина должен ее спасти. Иначе, на кой фиг тогда мать-природа дала нам все мужские причиндалы, мускулы и тестостерон? Это только моральные кастраты любят разглагольствовать о том, что «никому и ничего», но если мужик позволяет женщин самой разгребать свои проблемы - скорее всего, ему пора перестать бриться и самое время начать поиски мужа.
Вот он - главный жирнющий минус моего почти_целибатного отношения к отношениям. Даже если звучит как каламбур. Когда на орбите у женщины нет ни одного видимого мужика, а вся ее жизнь - просто бесконечная череда одинаковых подъемов, бытовых забот и таких же одинаковых отбоев, все вокруг как-то забывают, что она - женщина, что ей тридцать пять и что она давно не должна отчитываться, почему не пришла после отбоя.
Где были мои мозги, когда я думал, что она прочет каждую(записку) и оценит мою попытку сгладить неприятный осадок после моего ночного визита?
Так и хочется ответить самому себе: «Очевидно там же, где они находятся сейчас – спереди, в штанах».
Наверное, я одна из немногих женщин в этом мире, которых раздражает щетина. Мужчина должен быть брутальным в своих поступках – в офисе, раздавая приказы своим подчиненным или штурмуя горную вершину, или спасая чьи-то жизни, или что-то еще, показывающее его силу, уверенность в себе, ответственность… да много чего. А торчащие на его щеках суточные «колючки» не показывают ничего, кроме того, что мужчина сутки не брился.
Наверное, это один из тех случаев, когда очевидное просто не хочешь замечать. Нет другого объяснения, почему лучший ищейка Артании не заметил лисицу в курятнике, когда она сидела у него перед носом, между двумя жирными наседками, держа в зубах третью.
— Я тебя никому не отдам и никуда не отпущу, Марго, - каким-то тихим и тоже слегка надломленный голосом говорит Коряга. - Но, пожалуйста… Я знаю, что ты сильная и смелая, отчаянная. Что тигра запугать легче, чем мою храбрую маленькую жену. И что у тебя огромное сердце, которое болит за всех, кто в нем живет, и даже не живет - тоже. Но, прошу тебя, люби всех, стоя у меня за спиной, а не наоборот. Мне так будет спокойнее.