Маги тоже ходят в сортир, однако. Великий уравнитель — это не кольт, это унитаз.
Во многих знаниях многие печали... И умножающий познания умножает скорбь!
Это только девчонки начинают охать и ахать, когда пацан приходит с фингалом. «Ой, кто это с тобой сделал? Ой, а как же так? Ах, эти несносные мальчишки, неужели нельзя решать вопросы по-другому?» — это все неправильные вопросы. Правильный вопрос: «Как выглядит второй?»
"Нет стыдной работы, есть стыдное безделье"
Не торопись, а то успеешь.
Евангелие не учит нас сидеть сложа руки, когда твориться непотребство. Деятельное противостояние скверне — это вполне по-христиански.
Один известный высокопоставленный опричник — тоже, кстати, интеллигент, как-то сказал, что террористов надо мочить в сортирах, а не вести с ними переговоры.
«Трудные времена рождают сильных людей. Сильные люди создают хорошие времена. Хорошие времена рождают слабых людей. Слабые люди создают трудные времена».
Похоже, это в подкорке у нашего народа: в любой непонятной ситуации затариваться солью, спичками и гречкой. Типа — лишним не будет.
— А-ха-ха, как в анекдоте… — не удержался я. — Знаешь — этот, как грабители учителя остановили и требуют деньги и часы…
— Не-а! — помотал головой математик. — Ну-ка, дорасскажи?
— Ну, говорят ему: давай деньги и часы! А он в ответ: часы не дам! Забирайте классное руководство!
Листья дубовые падают с ясеня, вот нихера себе так нихера себе, как говорил один знакомый старый журналист…
Но пока что — я собирался зайти в другой храм. В храм науки. Ладно, храм науки — это университет, или там — академия. Школа — так, часовня образования.
Розен задумчиво произнес:
— Я говорил, что мы в жопе? Вот она, — а потом добавил философски: — Но есть один плюс: мы в жопе на броневике.
Весь мой небогатый опыт говорил о том, что даже на войне сражаются далеко не каждый день. А вот дерьмо всякое случается с завидной регулярностью. Поэтому я выбираю спокойного Розена, а не импульсивного и харизматичного Вяземского — пусть он и реально крутой.
Нет такого монстра, который не сдох бы, имея критическую массу металла в организме...
Обнимая необъятное, не вывихните плечевой сустав свой!
Мы по-русски говорим или по-канцелярски?
каждый имеет право сходить с ума по своему. Главное, чтоб съехавшая крыша со временем не придавила собой окружающих.
Почему для такого архиважного и архисложного дела я привлек только и исключительно орков? Да потому, что кхазад не пойдет срать под чужими дверьми, потому как удобрение, и нехрен транжирить народное богатство. А человек, может, и согласится, но потом всю плешь проест — зачем да нахрена, да сколько заплатишь, и почему сам не насрешь, если такой умный? А для орка — будь то тролль, снага, гоблин или урук, — выражение «сделал гадость — сердцу радость» является самым подходящим девизом по жизни. Такой менталитет.
Вот уж действительно: усложнять — просто, упрощать — сложно!
— Толковый, да? — повернулась Шерочка к Машерочке. — Мне нравится. Будем слушаться?
— Ну, вечером попробуем его побить, и потом порешаем уже, — кивнула Машерочка. — Но в целом да, полезный мужчина. Давай, будем делать вид, что мы его слушаемся.
— Я не знаю, чем с тебя буду требовать долг за вот это вот всё, — отдышавшись, проговорила она и яростно ожгла меня взглядом. — Не знаю, как будешь расплачиваться…
— Натурой? — мое предложение было, может быть, не совсем корректным, но совершенно точно — искренним.
Ну, вот я и не удержался — нанес визит вежливости.
— Визит вежливости? — Перепелка побарабанил пальцами по столу. — Это — вежливость?
— Ну, я же не матерился при дамах...
— Доброго и приятного дня, Наталья Кузьминична! Как дела, как здоровьице, как жизнь?
— Чтоб я сдохла, — сказала старая опричница. — А лучше — чтоб ты сдох! Это что, приступ сентиментальности? Или ты пьян, Пепеляев? Никогда не поверю что ты действительно обеспокоился моей жизнью и моим здоровьицем. Чего тебе нужно, поджигатель, убийца и маньяк от педагогики?
А не понравился мне взгляд директора: участливый и вместе с тем сочувствующий. Так на подопытного кролика смотрят: вроде и миленький, а вроде и капец ему.