Книги Сергей Монастырский
– Тебе сколько лет? – спросила она. – Двадцать один, – ответил Андрей. – А мне тридцать восемь. Чувствуешь разницу? – А мне плевать! И все-таки эта любовь случилась. Да такая, что действительно на разницу в возрасте было плевать! Вернее, и Жанна и Андрей ее просто не чувствовали. Было ли что-то похожее в ее жизни раньше, Жанна не помнила. Может, и было. Но сегодняшний случайный, неправильный, свалившийся на нее кусочек ослепительного счастья не было сил упустить. И она провалилась в этот...
Монолог за двоих. Это был идеальный день. Для идеальной пары и для идеальных отношений. Был накрыт стол, были приготовлены свечи. Это была очередная годовщина со времени букетного — конфетного начала, которое никак не кончалось. Она не хотела вечером говорить тост, а просто написала ему записку: «Любимый муж, любимый до сих пор, я буду тебя любить вечно, если не надоем. Я ведь не надоем?» Она положила записку под пустой пока бокал и позвонила ему на работу. Утро только начиналось. Как я хотела...
Дети выросли. У них уже были свои дети. И вышли на пенсию родители. И последнее, что они могли сделать для детей – отдать им свою квартиру. И переехать в деревню, где прошло детство одного из них.Круг замкнулся…
Вызов Деда Мороза на дом неожиданно оказался новогодним чудом, тем, которое каждый новый год мы ждем с самого детства и не перестаем ждать каждое тридцать первое декабря всю жизнь, иногда до самой старости.Это был сон в последнюю ночь. Хотя до этой ночи оставалось еще два дня.Но когда пришло время возвращаться по домам, оказалось, что новогодняя ночь уже была. И уже кончилась. И огни на елке погасли.
Вовчик был влюбчив. Но влюблялся ненадолго. На две недели. Больше он боялся. Потому что будет уже серьезно. А потом обычные последствия – женитьба, дети, жена надоест, станет неинтересно, дети будут орать, болеть, а потом начнутся пьянки, наркотики, словом, жизнь пойдет под откос. Главное, решил Вовчик, девушкам не врать. Чтобы губы не раскатывали. Так им и говорить: "Я с тобой буду, но не надолго". Так счастливо Вовчик и жил. Пока не влюбился.
Такая была простая и незатейливая жизнь! Но надо же было задуматься о смысле жизни! И начал Иван мучиться. Явился ему во сне ангел. И рассказал, так уж и быть, о том, что на самом деле будет в его судьбе и как он поступит! — Ну, нет! — сказал Иван ангелу. Теперь-то я знаю, как не надо поступать и как надо! И обрету великий смысл! — Да ты что?! — изумился ангел. — Я уже стер в твоей памяти все. что рассказал. И будешь ты жить, так, как будешь! Иван проснулся. Об ангеле он ничего не помнил. И жил...
История банальная. Жена и любимая женщина. И он между ними. И выбрать что-то одно нельзя, нужно как-то жить.
Жизнь должна иметь смысл и цель. А процесс приносить удовольствие. Так бежал по жизни Петр Егорович. Не всегда добегал. Но бежал.
Кафе с таким необычным названием обещало счастье. Может быть, не всем, но некоторым. А ей не повезло. И необычная хулиганская ее выходка, окончившаяся в отделении полиции, вдруг показала, что счастье – там все-таки бывает.
Коммунальная война разразилась на одной из лестничных площадок, только что заселенного нового дома с появлением еще одного соседа. Силы были не равны. Войну объявил немощный, ничем не выделяющийся старик молодым, сильным соседям трех других квартир лестничной площадки. А поди ж ты! Грохотали пушки различных служб, властных органов, пускали в ход все свои возможности правоохранители. И отступали перед тихим и наслаждающимся победой голосом старичка.
Толстая баба, бомжующая на заброшенной кладбищенской могиле, вылезла из-под целлофановой пленки, натянутой на могильную ограду. Обмотанная по случаю зимних морозов десятком старых рваных пальто и телогреек, она представляла собой жуткое зрелище. — Не трогай ее, — сказал Витек, она тоже ведь божья тварь! Он так и жил — в благости и святости. Бомжиха послала его куда подальше, а потом и вся его жизнь послала…туда же.
Все в этот вечер было так, как не бывает и не должно быть. Бывает и должно быть, чтобы на улице цвел май, густо пахло черемухой, а его, случайно оказавшегося в этом городе, занесло в библиотеку. Не должно было быть, чтобы в этом случайном месте, в этот цветущий майский вечер сидела самая красивая, самая необыкновенная девушка с самыми огромными глазами, которые он когда-нибудь видел. И чтобы она была библиотекарем. Бывает так, встретишься с кем-нибудь случайно глазами и разойдешься. А потом...
Простой поселок. Простой, простой человек Колька. Простая жизнь. И потому так хорошо, потому что все – просто. Ну не все, конечно. Вот Мария Петровна в свои восемьдесят сошлась с тридцатилетним. А десятилетний Вовка мечтает убить папу. Но это так, бывает. И Колька в яркое солнечное июльское утро, собрал то что выросло на огороде, и поехал на рынок. Встретиться, поговорить, узнать новости. Ну и продать сколько-нибудь… Впереди был длинный хороший и счастливый день.
Они думали, что это просто страсть, увлечение…, но это была любовь. И когда они поняли это, они расстались. Потому что жизнь до этой встречи шла по разным дорогам, и свернуть уже с выбранного пути никто не мог. А дороги эти шли просто параллельно, они вообще стремились в разные направления. Не судьба!
С детства Валентин боялся Нового года. Потому что его не было. Пять детских лет встречал он новогоднюю ночь в больничной палате, в которой нянечка после боя курантов выключала свет. И завернувшись с головой в одеяло, он вспоминал маму и папу и сестренку, весело кружащихся вокруг новогодней елки. И каждое наступление Нового года в его уже взрослой жизни мучило его этими воспоминаниями, и страх и тоска наступали вновь. И как-то случайно выскочив на минутку из поезда, он отстал от него и был...
В кинотеатре на последнем ряду начиналась их любовь, их молодая семейная жизнь, и дорога по этой жизни казалась счастливой и бесконечной. Счастливой она была временами. А трудной – всегда. О том, как в начале девяностых прожило их поколение, потом поколение их детей, рассказывается в этой небольшой повести.
Жизнь тихого еврейского местечка в большом русском городе Красноярске взбудоражила новость о предстоящей свадьбе Зои и Арика. Семейные кланы с обеих сторон стояли насмерть против планов на будущее семейное счастье молодых. Нет, ничего плохого не было в Зое, кроме того, что она – нееврейка. Но и в этом, ничего плохого, кроме того, что прервется из века в век сокращающий свои национальные корни, уклад и традиции род Геровичей. Счастье и не состоялось. Но совсем по другим причинам. Ушедший в армию...
Как хорошо мы плохо раньше жили… И потому из давно привычного сегодняшнего иногда нестерпимо хочется вернуться в то далекое, теплое, сладкое детство. На минуточку! Посидеть на той скамейке, посмотреть…