Отзывы о книгах
Немного утомили эмоциональные качели гг-ев. Первая часть понравилась больше.
— Интересно смотрится, — отрезвляюще звучит голос Лиама заставляя меня вздрогнуть. — Почему ты никогда не носила его раньше? Добавляет образу правильной дерзости. Мой нос начинает щипать, а в голове взрывается граната. Чем еще этот день меня порадует? Матвеем Аристовым собственной персоной в центре октагона? Ледяная догадка прошибает до самого копчика. — Кто будет биться в клетке? — голос звучит хрипло и слишком громко. — Малыш, я не совсем понимаю... — начинает муж, но я уже не слушаю. Волна...
Утомилась читать.
— Интересно смотрится, — отрезвляюще звучит голос Лиама заставляя меня вздрогнуть. — Почему ты никогда не носила его раньше? Добавляет образу правильной дерзости. Мой нос начинает щипать, а в голове взрывается граната. Чем еще этот день меня порадует? Матвеем Аристовым собственной персоной в центре октагона? Ледяная догадка прошибает до самого копчика. — Кто будет биться в клетке? — голос звучит хрипло и слишком громко. — Малыш, я не совсем понимаю... — начинает муж, но я уже не слушаю. Волна...
милоНе Тори Ру, но мило) Дилогия понравилась намного больше.
Иванна ненавидит Москву, дождь, новых «родственничков» и особенно — чувство, будто жизнь снова решила поиграть её нервами. Влад Морозов раздражает её сильнее всех: самоуверенный, наглый, красивый — и до безумия настойчивый. Они сталкиваются, как искры о гранит: случайно, громко, каждый раз больно. Она боится обжечься ещё раз. Он понятия не имеет, как брать ответственность хотя бы за себя. Но между ними — химия, от которой трудно дышать. Злость — всего лишь оболочка. Колкость — попытка...
Во второй части разочаровалась в Матвее: всё-таки невоспитанность - наша национальная черта( Но я рада, что Мирослава получила то, что хотела.
— Интересно смотрится, — отрезвляюще звучит голос Лиама заставляя меня вздрогнуть. — Почему ты никогда не носила его раньше? Добавляет образу правильной дерзости. Мой нос начинает щипать, а в голове взрывается граната. Чем еще этот день меня порадует? Матвеем Аристовым собственной персоной в центре октагона? Ледяная догадка прошибает до самого копчика. — Кто будет биться в клетке? — голос звучит хрипло и слишком громко. — Малыш, я не совсем понимаю... — начинает муж, но я уже не слушаю. Волна...
не оторватьсяПрекрасная книга! Открыла для себя нового автора) Автор на оф-площадке обещала продолжение, но пока ничего нет. Как дождаться?!
P.S. Спасибо Тиль за рекомендацию)
P.S. Спасибо Тиль за рекомендацию)
Тёплая вода льётся сверху, а я стою под ней и будто таю. Чувствую, как расползается внутри всё, что я так старательно собирала обратно: моё «я справлюсь», моё «ничего особенного», моё «мне всё равно». Никому не видно. Никто не слышит. И я позволяю себе — хотя бы пару минут — быть такой. Настоящей. Уставшей. Больной этим всем. Пусть вода смоет — хоть часть. Когда выхожу — вижу несколько пропущенных от него. Да чтоб тебя Фигаро. Пишу полная злобы: «Прошлая ночь была ошибкой. Это всё на...
В целом - неплохо. Большую часть - эмоционально-остро, а в конце - ванильно-сладко)
Иванна ненавидит Москву, дождь, новых «родственничков» и особенно — чувство, будто жизнь снова решила поиграть её нервами. Влад Морозов раздражает её сильнее всех: самоуверенный, наглый, красивый — и до безумия настойчивый. Они сталкиваются, как искры о гранит: случайно, громко, каждый раз больно. Она боится обжечься ещё раз. Он понятия не имеет, как брать ответственность хотя бы за себя. Но между ними — химия, от которой трудно дышать. Злость — всего лишь оболочка. Колкость — попытка...
Обалденная книга. Переживала за героев, радовалась вместе с ними, сочувствовала им.
Надеюсь, у книги будет продолжение, потому что оставлять героев в таком разобранном состоянии очень не хотелось бы.
Надеюсь, у книги будет продолжение, потому что оставлять героев в таком разобранном состоянии очень не хотелось бы.
Тёплая вода льётся сверху, а я стою под ней и будто таю. Чувствую, как расползается внутри всё, что я так старательно собирала обратно: моё «я справлюсь», моё «ничего особенного», моё «мне всё равно». Никому не видно. Никто не слышит. И я позволяю себе — хотя бы пару минут — быть такой. Настоящей. Уставшей. Больной этим всем. Пусть вода смоет — хоть часть. Когда выхожу — вижу несколько пропущенных от него. Да чтоб тебя Фигаро. Пишу полная злобы: «Прошлая ночь была ошибкой. Это всё на...