Цитаты из книг
Голова пьяная. Тяжелая. И мысли в ней бродят хмельные. Не голова – а бочка, та, в которой пиво ставят дозревать, правда, в отличие от бочки, от головы Райдо обществу пользы никакой.
Война между двумя нечеловеческими расами – альвами и железными оборотнями – перекроила мир и отняла у Ийлэ не только семью, но и веру в людей. В ее доме поселился новый хозяин. Он из рода псов, которых Ийлэ ненавидит. Еще бы, ведь ей пришлось несколько месяцев терпеть их издевательства! Тем более подозрительными кажутся ей доброта и забота Райдо из рода Мягкого Олова, который получил ее поместье в награду. Что ему нужно в доме Ийлэ: сокровища, которые свели в могилу ее родителей, а затем и их...
Робкие улыбки. Заученные и церемонные, как и все прочее… Смешки, которые могли себе позволить совсем юные девушки. И тень улыбки, что мелькала порой на рисованных лицах дам. Или мужчин. Разницы особой нет. Смеяться вот так, раскрывая рот и издавая ужасные звуки, колдунам можно. Хоть что-то им да можно. Раз уж их поставили вне общества, то зачем держаться за глупые обычаи этого самого общества.
Чужой мир. Чужое тело. Чужое имя и чужое прошлое, в котором совершено немало ошибок. Тайный враг, желающий смерти. Старый дом, ставший приютом для пятерых женщин, чьи судьбы теперь находятся в руках Ольги. И ей, ныне Иоко из рода Танцующего Журавля, придется сделать многое.
Выжить.
Исправить чужие и собственные ошибки.
Пройти дорогой, которую определили боги. И, быть может, получить право на счастье.
Любому человеку, если он жив, позволено иметь желания.
Чужой мир. Чужое тело. Чужое имя и чужое прошлое, в котором совершено немало ошибок. Тайный враг, желающий смерти. Старый дом, ставший приютом для пятерых женщин, чьи судьбы теперь находятся в руках Ольги. И ей, ныне Иоко из рода Танцующего Журавля, придется сделать многое.
Выжить.
Исправить чужие и собственные ошибки.
Пройти дорогой, которую определили боги. И, быть может, получить право на счастье.
Вдовам многое позволено, особенно когда они сами себе позволяют.
Чужой мир. Чужое тело. Чужое имя и чужое прошлое, в котором совершено немало ошибок. Тайный враг, желающий смерти. Старый дом, ставший приютом для пятерых женщин, чьи судьбы теперь находятся в руках Ольги. И ей, ныне Иоко из рода Танцующего Журавля, придется сделать многое.
Выжить.
Исправить чужие и собственные ошибки.
Пройти дорогой, которую определили боги. И, быть может, получить право на счастье.
admin
добавил цитату
из книги
«Королевские камни»
5 лет назад
— В подвалах воду надо откачать… и плесень убрать… и еще подкормить бы его, потому что третий год как… — Гм… подкормить? — Райдо стену осторожно потрогал. — Знаешь, мне непривычна сама эта мысль, что дома нуждаются в еде… какая-то она… недружелюбная.
admin
добавил цитату
из книги
«Королевские камни»
5 лет назад
- Все-таки убьешь. Убьет. Ему нужно убивать, и он ищет причину, которая оправдает эту противоестественную потребность. Он слишком слаб, чтобы признать, что ему просто-напросто нравится причинять смерть.
— В подвалах воду надо откачать… и плесень убрать… и еще подкормить бы его, потому что третий год как… — Гм… подкормить? — Райдо стену осторожно потрогал. — Знаешь, мне непривычна сама эта мысль, что дома нуждаются в еде… какая-то она… недружелюбная.
Что делать, если война отняла родителей и саму веру в людей? Если те, кто вчера называл тебя другом, сегодня предали? Если твой дом принадлежит чужаку, но идти больше некуда, ведь альве не выжить зимой? Ийлэ придется сделать выбор. Ненавидеть? Или, ненавидя, все же помочь вчерашнему врагу? Но враг ли он, Райдо из рода Мягкого олова? Он помогает, ничего не требуя взамен. Он защищает Ийлэ и, кажется, готов выступить против целого города. Но что нужно ему, сокровища, спрятанные где-то в доме, или...
- Все-таки убьешь. Убьет. Ему нужно убивать, и он ищет причину, которая оправдает эту противоестественную потребность. Он слишком слаб, чтобы признать, что ему просто-напросто нравится причинять смерть.
Что делать, если война отняла родителей и саму веру в людей? Если те, кто вчера называл тебя другом, сегодня предали? Если твой дом принадлежит чужаку, но идти больше некуда, ведь альве не выжить зимой? Ийлэ придется сделать выбор. Ненавидеть? Или, ненавидя, все же помочь вчерашнему врагу? Но враг ли он, Райдо из рода Мягкого олова? Он помогает, ничего не требуя взамен. Он защищает Ийлэ и, кажется, готов выступить против целого города. Но что нужно ему, сокровища, спрятанные где-то в доме, или...
— Словом бы с тобою перекинуться… — Еська на бабку мою глянул, которая на лавку присела тихенько, что мышка. — Где-нибудь… в тихоем месте… — Гляди, Зослава, после иных слов и дети родятся… — Бабка Еське кулачком погрозила. — Ну что вы, уважаемая… я ж со всем почтением… — Ага, а от почтения пущею и близняты бывають…
Что делать, если в родном селе женихов достойных днем с огнем не найти, а замуж хочется? Ответ прост: предстоит Зославе дорога дальняя и дом казенный, сиречь Акадэмия, в коей весь свет царствия Росского собрался. Глядишь, и сыщется серед бояр да людей служивых тот, кто по сердцу придется внучке берендеевой. А коль и нет, то знания всяко лишними не будут, в Барсуках-то родных целительница хорошая надобна. Вот только приведет судьба Зославу не на целительский факультет, а на боевой, что девке...
Верно мамка сказывала, что мужик, он дюже до еды охочий.
От хорошей жены и на каторге не скроешься. Вот и Евдокия собралась за исчезнувшим супругом в самое сердце Серых земель. Ведь всего-то надобно, что отыскать таинственную их Хозяйку да по-женски поинтересоваться, за какой такой надобностью она чужих мужей сманивает. Пусть возвращает Лихослава! А чтоб в пути Евдокия не потерялась, да и сопровождения ради, отправится с нею и родственник разлюбезный, старший актор познаньской полиции Себастьян Вевельский. С ним-то да с верным револьвером не страшны...
admin
добавил цитату
из книги
«Механическое сердце. Черный принц»
5 лет назад
И разве важно где? С кем - дело иное.
Жизнь - такое дело... как бы плохо ни было, помни, что может стать еще хуже.
Дилогия. Книга 1. Что общего у королевского следователя, мастера-оружейника, благородной леди и крайне невезучей террористки? У каждого своя жизнь и свой путь, но однажды эти пути пересекутся на грязных улицах Нижнего города, сплетаясь в один узор. В нем оживает прошлое, которое недавно казалось похороненным. И тот, кто вчера был обузой, сегодня превращается в единственную надежду на спасение. Само будущее, предопределенное, не обещавшее ничего, кроме одиночества, вдруг даст шанс на счастье....
Дорогие люди уходят. Больно думать об этом. А не думать - невозможно.
Дилогия. Книга 1. Что общего у королевского следователя, мастера-оружейника, благородной леди и крайне невезучей террористки? У каждого своя жизнь и свой путь, но однажды эти пути пересекутся на грязных улицах Нижнего города, сплетаясь в один узор. В нем оживает прошлое, которое недавно казалось похороненным. И тот, кто вчера был обузой, сегодня превращается в единственную надежду на спасение. Само будущее, предопределенное, не обещавшее ничего, кроме одиночества, вдруг даст шанс на счастье....
Пять минут, Таннис, это много… порой целая жизнь.
Дилогия. Книга 1. Что общего у королевского следователя, мастера-оружейника, благородной леди и крайне невезучей террористки? У каждого своя жизнь и свой путь, но однажды эти пути пересекутся на грязных улицах Нижнего города, сплетаясь в один узор. В нем оживает прошлое, которое недавно казалось похороненным. И тот, кто вчера был обузой, сегодня превращается в единственную надежду на спасение. Само будущее, предопределенное, не обещавшее ничего, кроме одиночества, вдруг даст шанс на счастье....
Конечно, справедливость – штука полезная, но не настолько, чтобы Таннис, разом о делах позабыв, бросилась ее восстанавливать.
Дилогия. Книга 1. Что общего у королевского следователя, мастера-оружейника, благородной леди и крайне невезучей террористки? У каждого своя жизнь и свой путь, но однажды эти пути пересекутся на грязных улицах Нижнего города, сплетаясь в один узор. В нем оживает прошлое, которое недавно казалось похороненным. И тот, кто вчера был обузой, сегодня превращается в единственную надежду на спасение. Само будущее, предопределенное, не обещавшее ничего, кроме одиночества, вдруг даст шанс на счастье....
– Тебе кажется, что твоя беда исключительна. Возможно, так оно и есть. Но ты либо научишься уживаться с нею, по-настоящему уживаться, или однажды погибнешь по какой-то нелепой случайности.
Дилогия. Книга 1. Что общего у королевского следователя, мастера-оружейника, благородной леди и крайне невезучей террористки? У каждого своя жизнь и свой путь, но однажды эти пути пересекутся на грязных улицах Нижнего города, сплетаясь в один узор. В нем оживает прошлое, которое недавно казалось похороненным. И тот, кто вчера был обузой, сегодня превращается в единственную надежду на спасение. Само будущее, предопределенное, не обещавшее ничего, кроме одиночества, вдруг даст шанс на счастье....
И разве важно где? С кем - дело иное.
Дилогия. Книга 2.
Год прошел. Близится прилив. Материнская жила переполнилась пламенем. Отсчитывают секунды жизни бомбы, совокупный удар которых уничтожит город. И тогда Стальной король спустит с привязи чуму, что затаилась на борту древнего «Странника». Новая война, способная уничтожить и псов, и людей, вот-вот разразится. Брокк, Кэри, Таннис и Кейрен — лишь пешки в игре двух королей, каждый из которых готов жертвовать фигуры ради победы. Но и пешка способна вести свою игру.
- Папенька у меня в генералах, может, слышали? Не хотите послужить? Он говорит, что служба из любого идиота человека сделать способна.
Ах, до чего непросто Лизавете во дворце. Тут и девицы, одна другой краше и родовитей. И тайны с заговорами, в который любопытный нос совать не след. И убийства. А еще князь, напрочь не желающий понимать, что Лизавета ему никак не пара. Не было ей иной печали, как влюбиться в неподходящую личность. У нее, между прочим, конкурс. Месть незавершенная. И планы на жизнь серьезнейшие, в которых всяким князьям места нет. Часть вторая и последняя.
А сказка... и большим девочкам их хочется. Только в любой сказке надобно меру знать.
Ах, до чего непросто Лизавете во дворце. Тут и девицы, одна другой краше и родовитей. И тайны с заговорами, в который любопытный нос совать не след. И убийства. А еще князь, напрочь не желающий понимать, что Лизавета ему никак не пара. Не было ей иной печали, как влюбиться в неподходящую личность. У нее, между прочим, конкурс. Месть незавершенная. И планы на жизнь серьезнейшие, в которых всяким князьям места нет. Часть вторая и последняя.
- Как-то тут... неуютно.
- Тюрьма же.
- И что? Тюрьма тюрьмой, а половички могли б и вытряхнуть. Картину повесить какую...
- Стрелецкой казни?
Ах, до чего непросто Лизавете во дворце. Тут и девицы, одна другой краше и родовитей. И тайны с заговорами, в который любопытный нос совать не след. И убийства. А еще князь, напрочь не желающий понимать, что Лизавета ему никак не пара. Не было ей иной печали, как влюбиться в неподходящую личность. У нее, между прочим, конкурс. Месть незавершенная. И планы на жизнь серьезнейшие, в которых всяким князьям места нет. Часть вторая и последняя.
Димитрий кивнул, так, на всякий случай, а то кто их, женщин, поймет, что в головах творится. Не кивнешь тут в нужном месте и все, смертельная обида.
Ах, до чего непросто Лизавете во дворце. Тут и девицы, одна другой краше и родовитей. И тайны с заговорами, в который любопытный нос совать не след. И убийства. А еще князь, напрочь не желающий понимать, что Лизавета ему никак не пара. Не было ей иной печали, как влюбиться в неподходящую личность. У нее, между прочим, конкурс. Месть незавершенная. И планы на жизнь серьезнейшие, в которых всяким князьям места нет. Часть вторая и последняя.
кто молчит, тот живет дольше, может, не так, чтобы и весело, но...
Ах, до чего непросто Лизавете во дворце. Тут и девицы, одна другой краше и родовитей. И тайны с заговорами, в который любопытный нос совать не след. И убийства. А еще князь, напрочь не желающий понимать, что Лизавета ему никак не пара. Не было ей иной печали, как влюбиться в неподходящую личность. У нее, между прочим, конкурс. Месть незавершенная. И планы на жизнь серьезнейшие, в которых всяким князьям места нет. Часть вторая и последняя.
...любовница.
Какая из нее любовница? Любовница - это когда несерьезно, когда всегда в приподнятом настроении и шелках с кружевами, веселье по расписанию и никаких обид.
Никаких обязательств.
Никаких неприятных случайностей. Редкие встречи, еще более редкие выходы в места, в которые прилично приходить именно с любовницами и подарки в благодарность.
Ах, до чего непросто Лизавете во дворце. Тут и девицы, одна другой краше и родовитей. И тайны с заговорами, в который любопытный нос совать не след. И убийства. А еще князь, напрочь не желающий понимать, что Лизавета ему никак не пара. Не было ей иной печали, как влюбиться в неподходящую личность. У нее, между прочим, конкурс. Месть незавершенная. И планы на жизнь серьезнейшие, в которых всяким князьям места нет. Часть вторая и последняя.
правда... она порой крайне неприглядна, мне ли не знать. Однако без нее хуже... куда как хуже...
Ах, до чего непросто Лизавете во дворце. Тут и девицы, одна другой краше и родовитей. И тайны с заговорами, в который любопытный нос совать не след. И убийства. А еще князь, напрочь не желающий понимать, что Лизавета ему никак не пара. Не было ей иной печали, как влюбиться в неподходящую личность. У нее, между прочим, конкурс. Месть незавершенная. И планы на жизнь серьезнейшие, в которых всяким князьям места нет. Часть вторая и последняя.
Срамота.
Или искусство? Сидорыч так и не разобрался, где заканчивается одно и начинается другое.
Ах, до чего непросто Лизавете во дворце. Тут и девицы, одна другой краше и родовитей. И тайны с заговорами, в который любопытный нос совать не след. И убийства. А еще князь, напрочь не желающий понимать, что Лизавета ему никак не пара. Не было ей иной печали, как влюбиться в неподходящую личность. У нее, между прочим, конкурс. Месть незавершенная. И планы на жизнь серьезнейшие, в которых всяким князьям места нет. Часть вторая и последняя.