— Кто такой страус? – На самом-то деле я понятия не имела, о чем дракон переспрашивает, но нужно же было с ним как-то общаться. – Птица такая. Ноги – во! Шея – во! Задница тоже – во! А вот с головой не повезло. Прикинь…
Свято место пусто не бывает. Не хочет мужчина жениться? Ну что ж, имеет право, свободу выбора никто не отменял. Но тогда освободи место для того, кто готов брать на себя ответственность.
— А он что, нарушает правила?
— А он их вообще не соблюдает.
– Вот видишь, как надо с девушками обращаться? Учись, пока я жива. Нужно нами восхищаться, дарить нам подарки, выполнять наши капризы и очень – ты слышишь? – очень любить.
— Ты невыносима! – Он выдохнул.
— Не носи меня, никто и не заставляет.
«На дураков и на женщин не обижаются».
«Туда ехали, за ними гнались. Оттуда едут, за ними гонятся. Какая интересная у людей жизнь!»
...Каждый сам творит свою сказку.
Мама начала багроветь, и я поняла, что мне пора вмешаться, пока не вмешался кондратий и не обнял мамулю.
— Жениха! Жениха когда привезешь?!
— А вот как обзаведусь этим редким видом, занесенным в Красную книгу, так сразу и привезу.
— Вы кто?
— Я – добрая фея!
— А почему с топором?
— Вот видите, как мало вы знаете о добрых феях!
Да, Викуля, разошлась ты не по-детски! Уж если попадать в сказку, то масштабную. Земляне не приемлют полумер. И моя сказка намного круче, чем история спящей царевны, например. Ну что она? В лесу пожила, всем богатырям отказала, яблочко схрумкала, в гроб попала. Поцелуй схлопотала – бац! – и под венец.
Не-э-эт, так неинтересно. А как же развернуться? Дом построить? Дерево вырастить? Бизнес наладить? С женихом поженихаться… э-э-э… на свидания походить, лямур, тужур и все такое?
Дом – есть, баронства – есть, бизнес – есть, дерево – будет. Осталось разобраться с женихами. Как говорили древние: «Fortes fortuna adjuvat». Смелым судьба помогает.
Лучше общаться с приличной нечистью, чем с неприличной… эм… честью.
Но лучше уж подложенная свинья, чем свиная голова на плечах.
— Леди, вы крайне несговорчивы.
— Да, мне уже говорили об этом.
Я не лезу в политику и не люблю, когда она лезет ко мне. У меня своих забот хватает.
Зеленые глаза внимательно оценили предложенный ассортимент, вываливающийся из глубокого выреза блузы.
— Оно ежели и так, то не то чтобы дескать, но что действительно, то и касательно. А случись какая оказия, вот вам и пожалуйста! – И я тоже рассмеялась.
— Я говорю, что в наш сугубо меркантильный век каждый индивидуум, в силу своих концепций и унификаций, катастрофически мистифицируя экономику, имманентно эволюционирует в данных сферах, находясь во власти своих феноменистических тенденций, – с самым серьезным выражением лица произнесла я.
...Да здравствует моя паранойя, тщательно взращиваемая и лелеемая средствами массовой информации двадцать первого века!
И вот сегодня утром я чувствовала, что все – сдулась и мне срочно нужен хотя бы один день растительного образа жизни. Спать, есть, лежать, читать что-то легкое и ненагружающее мозг или слушать музыку, загорать и плавать в море. И вообще, хотя бы на несколько часов почувствовать себя амебой или инфузорией-туфелькой, не обремененной ни мозгами, ни проблемами.
Вопрос века: что бы такое ненужное продать, чтобы другое ненужное потом купить?
У мироздания свои законы для разных миров. И то, что меня изумляло до нервного тика, Эйларда и демонов ни капли не удивляло. Но, вспоминая латынь: Credo, quia absurdum (est) – «Верю, ибо это нелепо».
— У всех есть право выбора. И право жить жизнью, наполненной светом или тьмой, – пожала я плечами. – Я выбрала свет и готова впустить в свою жизнь тех, кто достаточно силен, чтобы сделать свой собственный выбор.
— О да! Ты мужчина. Тебе можно быть козлом блудливым. Так?