Цитаты из книг
Куда податься незадачливым пиратам, когда все земные океаны исплаваны, необитаемые острова заселены, а клады выкопаны? Конечно же в космос!
(Авторская редакция 2020 года, с иллюстрациями)
Куда податься незадачливым пиратам, когда все земные океаны исплаваны, необитаемые острова заселены, а клады выкопаны? Конечно же в космос! А вслед за ними туда отправятся секретные базы, настырные ученые, бравые десантники, зловредные киборги, приключения и… комедия положений. Потому что у юмора, как и у Вселенной, нет границ! У глупости, впрочем, тоже…
– «Лиса иметь режим убег, лежение, кружение и лживый кусь. Надежда использовать лиса во тьма всегда с твой, кнопка синь».
Полина тут же ее нажала, и из глаз лисы брызнуло по красному лучу, а на кончиках меха возникло голубоватое свечение.
– «Утрата лиса даль воззови желтая кнопка, печальная самка крик».
Полина воззвала, и «охотники» дружно отпрыгнули от ящика. Лиса издала пронзительный вибрирующий вой, как если бы кто-то наступил на хвост кошке, застрявшей в стальной воронке.
– Исключительно печальная, – подтвердил доктор, утирая выступивший на лбу пот.
– «Любить ваш лиса, и он любить вас». – На этой оптимистичной ноте инструкция закончилась. – Ну что, всем все понятно?
(Авторская редакция 2020 года, с иллюстрациями)
Куда податься незадачливым пиратам, когда все земные океаны исплаваны, необитаемые острова заселены, а клады выкопаны? Конечно же в космос! А вслед за ними туда отправятся секретные базы, настырные ученые, бравые десантники, зловредные киборги, приключения и… комедия положений. Потому что у юмора, как и у Вселенной, нет границ! У глупости, впрочем, тоже…
– Теперь мы перестанем играть в мирных рыбаков, – злобно ухмыльнулся Роджер, одновременно скручивая с бластера фокусирующий надульник, – и займемся браконьерством.
Он вновь опустил катер вниз и, перегнувшись через борт, несколько раз нажал гашетку. Сухо треснуло, в воздухе запахло озоном, и парой минут спустя на поверхность вынырнула еще одна амеба, на этот раз зелено-желтая, с красными пятнами… И еще одна… И еще…
– Ага! – с энтузиазмом воскликнул Роджер, заметив что-то членистоногое вроде мокрицы. – Вот это уже похоже на дело! Из нее может получиться вполне пристойное инаго-но-цукудани
– Здорово, – через силу сглотнув, пробормотал Фрэнк. – Только… Капитан, я тут подумал… Давайте лучше на базу вернемся! Сегодня на обед глазунья… и я ее хочу!
(Авторская редакция 2020 года, с иллюстрациями)
Куда податься незадачливым пиратам, когда все земные океаны исплаваны, необитаемые острова заселены, а клады выкопаны? Конечно же в космос! А вслед за ними туда отправятся секретные базы, настырные ученые, бравые десантники, зловредные киборги, приключения и… комедия положений. Потому что у юмора, как и у Вселенной, нет границ! У глупости, впрочем, тоже…
– Похоже на гигантскую амебу, – разочарованно вздохнул Роджер. – А жаль. Такое я вряд ли сумею приготовить.
– А вот она, – произнес Фрэнк, с ужасом глядя, как амеба быстро, словно сматывающий паутинку паучок, подтягивается по леске, – похоже, не прочь приготовить нас!
Добравшись до удилища, амеба замешкалась, пробуя на вакуоль новый материал, но сочла углепластик невкусным и двинулась к держащим его рукам. Навигатор зачарованно смотрел, как торчащий из водянистого тела конец удочки становится все длиннее, длиннее…
(Авторская редакция 2020 года, с иллюстрациями)
Куда податься незадачливым пиратам, когда все земные океаны исплаваны, необитаемые острова заселены, а клады выкопаны? Конечно же в космос! А вслед за ними туда отправятся секретные базы, настырные ученые, бравые десантники, зловредные киборги, приключения и… комедия положений. Потому что у юмора, как и у Вселенной, нет границ! У глупости, впрочем, тоже…
Подумайте сами, Уин, ну разве может преуспеть в познании этого бескрайнего мира скромный торговец жемчугом? Да, я склонен разнообразить редкие часы своего отдыха, вкушая плоды не только хлебного дерева, но и того, что принято именовать просвещением, однако это не более чем склевывание крупиц со столов великих.
— Фил, ваша скромность может соперничать лишь с вашей же образованностью и доходящей до чопорности вежливостью — это известно каждому моллюску от Новой Зеландии до Алеутов! Так что приберегите все это пышное красноречие для будущей миссис Фань и просто ответьте на вопрос!
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
— Ты думаешь?! — Я — думаю! — буркнул я. — В отличие от.
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
Размер головы означает лишь то, что мыслям приходится дольше ползти по извилинам! — парировал Мак-Намара.
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
Проклятье, желание быть вежливым все же имеет куда больше видимых недостатков, чем скрытых достоинств. — Вы не могли бы сказать что-нибудь менее очевидное?
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
последняя бутылка джина была лишней... или не она, а флакон здравура после ленча?
— Интересно, ты блюешь так же изящно, как и делаешь все остальное?
— Возможно, тебе сейчас представится случай... о, черт!
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
— Я и вот эта, — початая бутылка скотча на миг превратилась в прозрачный круг и снова замерла в ладони полукровки, — красотка. Согласен, — продолжил Уин, — что по части форм она не очень-то соответствует эльфийским стандартам красоты, но зато какой у нее богатый внутренний мир!
— Малыш, в вас пропадает либо поэт, либо философ.
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
дальше последовала длинная русская тирада, о смысле которой я могла лишь догадываться. Без особого, впрочем, мысленного напряжения догадываться.
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
Существам, мнящим себя разумными, стоило бы почаще оглядываться назад, на зверей. Они дерутся насмерть лишь за себя и свою семью, а не за абстрактные высокие идеи.
— И за свободу.
— Но не за идею свободы для всех, — резко возразил я. — Лиса не будет грызться с дворовым псом за свободу куриц из курятника!
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
— Раны победителей заживают быстро.
— Ну да, мы же победили, — зло сказал я. — Все, как всегда. Как всегда, подлый и мерзкий злодей сражен благородным героем... правда, на этот раз с полом героя вышла осечка, да и с благородным происхождением у моей жены как-то не очень. Как и всегда, за его смерть заплатили своими жизнями те, кто совсем не прочь был бы пожить еще. И, наконец, как всегда, спасенному в очередной раз миру глубоко плевать на своих спасителей — он о них и знать не желает. Кто на самом деле дрался на скользких от крови стенах фортов Таку, отчего взлетел на воздух крейсер на рейде... тысячи патентованных лжецов расскажут об этом куда лучше нас.
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
Ну да. Понимаешь, — Крис зачем-то огляделся по сторонам и, придвинувшись ближе к гному, перешел на доверительный полушепот, — я не верю в подарки судьбы — те, что не пришлось выгрызать у нее зубами. И если эта чертова шлю... капризная девка Фортуна вдруг ни с того ни с чего делает тебе подарок, то на поверку чаще всего оказывается, что он был выдан тебе в кредит.
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
Господь создал зверей исключительно для суши. То же, что пахнет рыбой и плавает в воде подобно рыбе, рыбой же и зовется.
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
Пожалуй, самое время вмешаться — пока моя команда ярких индивидуальностей не начала добираться до глоток ближних.
— Всем молчать, остальным бояться!
Это была одна из любимых фраз капрала Росса, и только сейчас я в полной мере оценил ее красоту, глубину, изящество и степень воздействия на неподготовленные умы.
Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману «На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, — это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел кое-как сфокусировать взгляд на мониторе, выяснилось, что к этой аннотации еще и подобрали соответствующую картинку на обложку. Даже две — так, на всякий случай. А поскольку книга была всего одна, выбора у меня особого не осталось. Пришлось...
Я не феминистка. Просто до сих пор мне попадались исключительно идиоты.Кажется, что твои дела хуже некуда? Заведи мужчину - а потом избавься от него!На мужчинах природа не то отдыхает, не то издевается...
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
— И вообще, у меня сейчас ПМС, меня нельзя трогать!
Шеф замолчал, посопел и неуверенно (видно, слышал что-то такое от жены) поинтересовался:
– Это как?
– Паршивое Мужененавистническое Состояние!
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
Рыжий город, теплый вечер.
Солнце трогает за плечи.
Тихо шепчет листопад.
Я иду тебе навстречу.
Я всю жизнь мечтал, что встречу
Этот ясный синий взгляд.Мы с тобой - две половинки
Богом порванной картинки -
То ли в шутку, то ль со зла.
Но сошлись на миг тропинки
И удача без заминки
Нас лицом к лицу свела.Улыбнешься - я отвечу.
За мгновенье - и на вечность -
Мы б друг друга обрели...
...Мы с тобою шли навстречу.
Мы так ждали этой встречи...
Не узнали - и прошли.
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
Любовь - это как выстрел в голову: ослепительная вспышка, и мозг уже не работает.
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
Я скорее поверю в искусственный интеллект, чем в женский.
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
...магия. Она просто есть, и все. Человеческим — в смысле, известным нам — законам и силам она не подчиняется.
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
– Елена Коробкова, инспектор по нежохране. – Я протянула русалке развёрнутое удостоверение. Та едва удостоила его взглядом, ехидно заметив:
– А я уж думала – этот… как его… «Речной дозор, всем выйти из воды!»
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
Добрым словом и револьвером можно добиться куда большего, чем просто добрым словом.
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...
Мягко говоря, не мой типаж.
Жестко: если бы я его ночью в пустынном переулке встретила — так бы на шпильках драпанула, что в кроссовках бы не догнали.
Они сошлись: вода и камень, стихи и проза, лед и пламень. Хрупкая девушка, работающая в Минске полномочным инспектором Государственной охраны нежити, и новичок этой странной магической организации, молодой суровый ветеран боевых действий, привыкший полагаться лишь на собственные силы и огнестрельное оружие. В физике положительный и отрицательный заряды притягиваются. А как в жизни? Особенно когда жизни обоих коллег угрожает нешуточная опасность...