Для творчества крупнейшего писателя современной Латинской Америки, вынужденного покинуть родину из-за преследований диктатуры, характерен тонкий психологизм, высокий этический пафос. Его повести и рассказы, уже издававшиеся в СССР, вызвали большой интерес. В этот сборник наряду с лучшими новеллами входят романы «Верфь» и «Короткая жизнь», в которых автор размышляет об одиночестве человека, о невозможности осуществления его мечты в современном буржуазном обществе. Все произведения, вошедшие...
«Рассказы Маши выращены по законам английского ландшафтного искусства. Действительность не выстраивается в них с нуля, но берется такой, как она есть, и незаметными движениями мастера — там срезать лишнюю веточку, тут протоптать новую тропинку — преобразуется в пространство, где все выросло как будто бы само по себе, да как бы и не совсем. В этом пространстве невозможно отделить смешное от трагического, чудесное от повседневного, прекрасное от уродливого, — именно так, как это всегда в...
Вашему вниманию предлагается издание Владимира Смирнова «Soft/Total/» РОЖДЕННАЯ СВОБОДНОЙ! На сегодняшний день это воистину уникальная книга — в ней нет ни одного (sic!) значка копирайта! Именно так! От копирайта отказался не только автор, но и оформитель обложки, питерский художник анатолий кудрявцев (в жж) и директор издательства «Красный матрос», Михаил Сапего, тоже присоединился к этой акции и согласился не ставить на книгу копирайт издательства. Ведь есть же мужчины в русских...
Небольшой рассказ об истории молодой девушки Марусе, которая в военный 1941 год поступила учиться в институт.
Яся, одна из бывших пассий героя, 5 лет спустя после разрыва выпускает сборник стихов об их деструктивных отношениях, который становится бестселлером. Герою случайным образом попадает в руки книжка, он вспоминает тот год своей жизни и предаётся рефлексии. Содержит нецензурную брань.
«Дело было постомъ, во вторникъ. Утро выдалось прекраснейшее. Mope спокойное, гладкое, точно зеркало, спало безъ малейшей ряби, a отблески солнца падали на неподвижную воду дрожащими зопотыми треугольниками. Лодки, тянувшія за собой сети мимо мыса св. Антонія, были чужды всякой тревоги; тишь на море внушала доверіе, и хозяева ихъ стремились поскорее наполнить свои корзины, чтобы вернуться въ Кабаньялъ, где рыбачьи жены нетерпеливо ждали на взморье. На базаре въ Валенсіи спросъ былъ великъ, и...
Россия, конец 90-х. Петр Раевский, восемнадцати лет от роду, втянут в опасную игру собственным отцом — крутым бизнесменом. Парню предстоит отыскать громадные деньги, которые отец спрятал в одном из приморских городков — прежде чем уехать за границу, скрываясь от мафии.
Раевский с друзьями отправляются на поиски. Их ждут опасные приключения, любовь и предательство. Они верят в свою удачу.
Но готовы ли они играть до конца?
Веселые стихи-фельетоны для хорошего настроения. Совершенно развлекательные. Одним словом – Бамбук. На обложке фото обоев в комнате.
Я вижу мир во всех тонах – кроме цветного. Я вижу мир по своему. В этом рассказе автор пытается увидеть мир через призму своего восприятия а иногда выйти за пределы и посмотреть на вещи с другого ракурса.
Это рассказ о человеке, который оказался на грани гибели из-за нераскрывшегося парашюта. Это рассказ о любви и о тех мыслях и эмоциях, которые испытывает человек , цепляющийся за каждое мгновение жизни. Это история о том, что зачастую всем нам необходимо внимательно прислушиваться к мистическим намёкам Судьбы.
Модный московский психоаналитик использует в своей работе нестандартные методы — дозированные пытки и насилие. У Артема Пандорина есть мечта: когда-нибудь бросить работу и вести жизнь свободного художника в пентхаусе на крыше. И еще у него есть любовь — такая большая, что выходит за рамки закона. Все меняется, когда к Артему приходит Самый Главный Пациент в его жизни… а может, и в смерти.
Эта небольшая по объему, блестяще написанная книга классика английской литературы Олдоса Хаксли (1894−1963) включает не только путевые очерки писателя, побывавшего в Италии и Голландии, но и содержит множество наблюдений философского и культурологического свойства. Современники Хаксли в шутку утверждали, что по-настоящему он любит лишь одно: читать Британскую энциклопедию. Широкая эрудиция писателя и его неповторимый, парадоксальный взгляд на мир делают эту книгу не только интереснейшим, но и...
Один из самых заметных скандинавских писателей Эушен Шульгин — потомок знатного русского рода, хотя его родной язык — норвежский. Этот динамичный роман даст русскому читателю представление о самой качественной литературе современной Норвегии. Первая любовь подростка; его война с беспризорниками, которых сам же он и спасает от карательной операции полицейских; открытие мистического Мозга Зингони, который контролирует жизнь постояльцев без их ведома; жизнь в послевоенной Италии норвежской семьи...
Маленькие главы книги похожи на картинки или фотографии. Это впечатления автора и его размышления. Образ города – это образ мира, созданного до героя. Человеческому духу однажды становится тесно в его рамках. Создание текста – попытка выйти из будничного, обретение свободы.
Этот короткий рассказ повествует об молодом человеке, живущем в деревне у подножия гор. Ему предстоит постичь главную ценность в его жизни и узнать, что находится на вершине горы.
Серая, ничем не приметная жизнь. Так прошло почти сорок лет. И пришла онкология. И очень захотелось прожить по-другому.
Януш Гловацкий (р.1938) — польский прозаик и драматург. С 1981 г. живет в США. Лауреат многих литературных премий. В театрах Москвы и других городов были поставлены пьесы «Замарашка» (1979), «Фортинбрас спился» (1990) и «Антигона в Нью-Йорке» (1992). Роман «Последний сторож» повествует о великом дизайнере, гении и тиране Джоне Джефферсоне Кейне, одной из главных нетленок которого стала модель облегающих мужских трусов. Образ этого вымышленного героя предстает в рассказах простых людей, чьи...
В одной из повестей, которую я никогда не буду заканчивать, предполагалась маленькая реминисцентная вставка; главный герой вспоминает, как в детстве его не взяли на праздник. Теперь их этой вставки получился отдельный рассказ, никак не связанный с тем, что когда-то хотел написать. Вот он: